Бессмертный Пьяница (Том 8. Главы 628-689)

Может это и не был сложнейший рецепт, но определенно требовал глубоких знаний в алхимии, и тонкого контроля над своим внутренним огнем.

Между Каем и Морвейном наступила тишина, и в момент, когда золотая платформа засияла, оба мгновенно достали свои алхимические печи. Кай с безмятежным выражением лица вынул свою Печь Мимикрии Демона, мгновенно воспламеняя ее черно-фиолетовым огнем.

Это пламя мгновенно шокировало некоторых алхимиков. Среди наблюдавших все были по крайней мере Мастерами Алхимии первого ранга.

Они с первого взгляда поняли, что Кай уже успел поглотить Небесный Огонь, а то и несколько. В этот момент каждому стало ясно: они недооценили Кая. Даже если он был шарлатаном в каких-то моментах — он определенно не слаб в алхимии.

— Что за... Он ведь всего недавно вышел на третий ранг... — Нахмурившись пробормотал Игнирис, внимательно наблюдая за сражением.

Морвейн, хоть и был уверен в своих силах, на мгновение замер... Он понял, что битва будет непростой... После мимолетного колебания, он улыбнулся и вынул свой котел — кроваво-красного цвета, внутри которого вспыхнуло зеленое пламя, словно кислота, готовая разъесть все на своем пути.

В то же мгновение дуэль началась!

Кай и Морвейн одновременно принялись за работу. Кай сосредоточенно смешивал ингредиенты, плавно регулируя огонь своей печи, его движения были плавными и уверенными, словно он танцевал с огнем. Каждое добавление ингредиента было аккуратным и взвешенным, его спокойствие и уверенность создавали вокруг него ауру мастера, который точно знает, что делает.

Печь Мимикрии Демона только и делала, что открывала рот, принимая в себя все новые и новые ингредиенты.

Морвейн работал не менее мастерски. Его две пары рук, быстрые и точные, создавали впечатление того, что перед зрителями не просто алхимический процесс, а настоящее театральное представление. Он использовал свою уникальную технику для управления пламенем, делая его то бурным и мощным, то едва заметным, но жгучим. Пальцы на всех руках постоянно делали странные жесты, будто бы складывали печати.

Зрители, ожидавшие совершенно иного, были поражены мастерством обоих соперников. Если бы не шум других сражений, на арене бы воцарилась тишина, так как все больше и больше взглядов перемещалось на их сцену.

— О нем говорят, как о неудачнике... Но сейчас все выглядит иначе... — Чеша подбородок выдал низкий мужчина, больше похожий на ребенка.

— Этот красноволосый не легкий оппонент.