Вернуть Боярство 13

— торопливо, на ломаном русском попыталась сказать она, но я уже не слушал.

Копьё в моей руке устремилось вперед даже раньше, чем я сделал рывок к ней — и чародейка, в последний миг попытавшаяся отвести атаку коротким клинком в руке, рухнула наземь, захлёбываясь кровью. Выдернув своё оружие из её сердца, я нанес контрольный удар прямо в лоб, а затем, на всякий случай, и вовсе отрубил ей голову и сжег ударом молнии. И не теряя времени взмыл в воздух — туда, где мой ученик вместе с моей гвардией бились насмерть, стремясь уцелеть и дождаться прихода подмоги…

Мельком брошенный вверх взгляд показал, что слуга Маргатона успешно покончил с выпущенным из артефакта Намгун Мина драконом.

Уловив его эмоции, ясно говорящие о том, что он очень даже не против полакомиться кровью и остатками стремительно утекающей праны убитых мной врагов, я отдал ему приказ — защищать Хельгу и целостность Ритуала Ревущего Пламени, взамен позволив ему насытиться остатками пролитой крови… Большая часть ушла самому Маргатону, в том числе и полученное за убитого Архимага Цинь.

Бой кипел уже в лагере, постепенно превращаясь в безумную, кровавую вакханалию. Офицеры и сам Сахаров всеми силами пытались выровнять положение на линии боевого соприкосновения, подбрасывали подкрепления на наиболее опасные участки, силами магов-фортификаторов спешно возводили полевые укрепления в тылу наших бойцов, на которые те и отступали, периодически направляли удары старших чародеев туда, где фронт схватки грозил рухнуть, гвардейцы дворян как могли с тварями, вспыхивали периодически столпы чистого, небесного Света — не спали и синодики… Но этого было мало, слишком мало.

Перевес врага в чародеях седьмого ранга оказался слишком велик. Семеро у нас против чертовой дюжины, целых тринадцати у врага — печальный и опасный расклад… А в небе тем временем настоящей тучей мчались в нашу сторону воздушные твари во главе с парой костяных драконов — считай, плюс два Архимага врага… Полянских я сегодня не то, что не убью, а наоборот буду всеми силами прикрывать.

В такой ситуации плевать на наши внутренние дрязги и разногласия — мы или выживем все вместе, или так же вместе подохнем. Я, в принципе, способен удрать в одиночку — но ни Хельга, которой сейчас попросту невозможно прервать Ритуал без риска для жизни, ни тем более остальные мои соратники, близкие и товарищи не сумеют этого сделать. Разве что Петр-старший, с его-то элементалем…

Когда я добрался до своих, мне стала очевидна причина их проблем.