Мажор в школе магии

Все организует.

Здоровяк прорычал что-то нечленораздельное, после чего начал заниматься тушей кабана. Летающий в его руке кинжал четко указывал на огромный опыт обращения с тушами животных.

— Этот молчаливый воин — Густав. Думаю, ты и сам догадался, что он из «рыцарей без магии», поэтому дополнительно представлять его не вижу смысла.

Мужчина в маске коротко кивнул и отошел в сторону.

— Ну а эта превосходная женщина…

— А мы уже знакомы, — перебила его Прасковья. — И ты, Матвей, очень обрадуешься, когда узнаешь, из какой у нас Сережа семьи.

— Ну-ка, ну-ка?

— Он из Лазаревых.

Глаза парня неожиданно раскрылись, а на лице появилась глупая улыбка.

— Да ладно! Ты и есть тот самый сын Алексея Лазарева и внук Прохора Лазарева! Братаааан, я большой фанат твоих предков! — Он положил руку мне на плечо и кивнул в сторону города. — Расскажешь мне что-нибудь про своего деда? Нам все равно по пути. Бездна, ну какой кайф-то! Повезло встретить младшего Лазарева! Сестрички обзавидуются! Кстати, хочешь познакомлю с кем-нибудь из них? Поверь, они такие сочные! Нуууу… не в том смысле, что я засматривался на них в этом плане, просто говорю, как есть.

Я с мольбой посмотрел на Прасковью, на что та лишь хихикнула и пожала плечами. Мол, ничего не поделаешь, терпи. Благо идти до города недолго.

Молчаливый пошел вслед за нами, рядом устроилась Прасковья, ну и последним, с тушей кабана на плечах, из леса вышел здоровяк Иван. Таким составом мы и отправились обратно в Новгород.

Матвей оказался очень… разговорчивым.

За те полчаса, пока мы добирались до ближайшей лавки алхимика, он не дал мне проронить ни слова. Парень только спрашивал, спрашивал и еще раз спрашивал, причем ответы его совершенно не интересовали.

Зато здоровяк сменил гнев на милость. Подозреваю, что до встречи со мной именно его Матвей доставал своей бесконечной болтовней.

В самой лавке мне выдали честно заработанные десять золотых. По одному на каждый клык (тот, что я вытащил из полевой мыши все-таки не взяли) и три за отрубленные головы.

Если бы сам добыл яд, то было бы пять, а так вычли пару монет за работу.

К слову, за рог кабана Матвей получил сразу полтинник. Точнее, четыре сотни, ведь таких у него оказалось сразу восемь.

— Гуляем, братан! — радостно воскликнул парень. — Слушай, а хочешь бухнуть? Вот прям насобачиться в салат, чтобы свое имя забыть к чертям троллячьим?

Между нами протиснулась Прасковья. Она слегка оттолкнула Матвея, а меня, наоборот, ласково погладила по груди.