Врата: Там Бьются Вежливые Люди

Все с таким же слегка озабоченным выражением лица Маркус кивнул сверху вниз.

– Да, Ваше Величество. При содействии местной стражи люди покидают свои дома и отправляются дальше на восток. Не все конечно, но большинство. Союзные же армии занимают оборонительные позиции на укреплениях вокруг городов. А так же внутри самих городов. Италика уже готовится к обороне, если верить информации от разведчиков. До Дивио и Томиса же войскам вассалов ещё нужно добраться.

Если битвы дойдут до этих городов, то битвы однозначно будут нешуточные.

Разрушения будут исчисляться тоннами мусора, который останется. Если верить информации о том, какой мощью обладает противник, города превратятся в руины. Пролитая кровь будет исчисляться сотнями, если не тысячами литров. И кровь эта будет как солдат союзной, так и солдат вражеской армии. И уверен был в этом Август безоговорочно.

– Передайте мой приказ: приготовить города восточнее Томиса к обороне. Если вражеская армия и правда настолько сильна, то вероятно сумеет взять под контроль Италику, Дивио и Томис.

Но после их уже будет встречать наша армия, гораздо более подготовленная, чем ранее. И я доверяю лично тебе, Маркус, контроль за возведением обороны.

Вассал Мольта в свое время был воином, которых ещё поискать надо. Мало того, что он был воином. В свое время он был полководцем, который вел солдат на бой, и под предводительством которого бойцы Садеранской Империи побеждали.

– Это большая честь, Ваше Величество.

Не каждый день доверяют ту миссию, от выполнения которой зависит то, устоит ли государство, или же нет.

Если легионы сумеют сдержать противника, то это значит, что наметится прогресс в их пользу, и тогда уже можно будет смотреть на то, чтобы провести свое наступление.

– Можешь быть свободен. Со следующего же дня чтобы начали готовиться к грядущим битвам.

– Будет сделано.

Ещё раз напоследок поклонившись государю, министр внутренних дел, а теперь и по совместительству куратор по обороне, последовал на выход из тронного зала, оставляя Мольта один на один со своими мыслями.

А мыслей в его голове было немало. Может быть монархом он и не был трусливым, а все равно внутри было какое-то неприятное чувство. Он ведь действует так, как поступили бы и его предки: любой ценой бы выступал за защиту страны. Но от чего-то у него было чувство, что цена такой защиты будет непомерно высока. Даже выше, чем в самой кровопролитной войне, в которой Садеранское Государство чуть не потеряло свою государственность, давным-давно.