Сила на краю империи

Туда же отправился самострел, к которому никто не осмеливался прикоснуться без перчаток.

Последними апартаменты покидали мы с Джонсом.

Британец спокойно закрыл дверь ключом, лежавшим на прикроватной тумбе, улыбнулся проходившей мимо горничной и направился к лестнице для постояльцев. Я последовал за ним. В вестибюле к нам присоединился человек, изображавший портье. Ключ мы повесили на гвоздик под номером сорок восемь.

Снаружи нашу славную компанию ждал микроавтобус. Погрузившись в него, мы помчались в неизвестном направлении.

Я не сразу понял, что съехавший с сопки бус движется к портовому району. А если быть совсем точным — к припортовым трущобам, в которые нормальные люди предпочитали не соваться. На полпути подобрали Паттерсона, который всё это время руководил операцией удалённо.

— Только не говорите, что вы его затолкаете в субмарину, — сказал я, имея в виду спящего адепта. Фанатик уже начал шевелиться и стонать, но всё ещё не соображал, что происходит.

— О, нет! — Джонс притворно округлил глаза.

— Я не готов к такому соседству.

Мы проехали ещё несколько километров.

За тонированными стёклами буса мелькали городские огни. Слышался шум прибоя. Тайфун постепенно ослаблял хватку, но ветер ещё был сильный.

Водитель свернул в какую-то глухомань. Ещё через пять минут мы притормозили на краю гигантской свалки ржавых контейнеров. Я даже затруднился с определением локации. В «оригинальном» Владивостоке ничего подобного не припомню.

Подхватив фанатика под руки, мы выволокли его наружу.

Протащили по мокрому асфальту и усадили на кусок железобетонной плиты с торчащими в разные стороны штырями. Нейротоксин, судя по всему, начал отпускать товарища. Взгляд белобрысого стал более осознанным. К слову, мы его видели хорошо благодаря свету фар, бьющему скандинаву прямо в лицо. А вот мы, наверное, представлялись адепту безликими трафаретами.

— Кто вы такие? — мужик заговорил по-немецки.

— Те, кто забрал девятый фрагмент, — невозмутимо ответил Джонс. — Поэтому рекомендую сидеть на месте, никуда не телепортироваться и слушать то, что я сейчас скажу.

Блондин насторожился.

Но быстро взял себя в руки.

— Девятый фрагмент? Не понимаю, о чём вы.

— Понимаешь, — заверил миллиардер. — И что такое Серебряный Круг, и что у меня в этом чемоданчике, и то, что облажался. Всё ты понимаешь.

Адепт молчал.

И тогда в разговор вступил я.

— Фрагмент будет у нас до тех пор, пока мы не получим одну вещь. Великий Артефакт, он же Абсолют.