Легенда о свободе 1. Крылья

Зачем утруждать слух тех, кому это не интересно?

– Да! – вступил в разговор Ках, который все это время нетерпеливо выстукивал пальцами по крышке стола. – Достаточно, Эниль! Все это можно обсудить в другой день! Давайте лучше поговорим о том, кто займет место в Совете Семи.

Эниль вздохнул и кивнул, соглашаясь. Началось обсуждение.

Торетт выглядел обескураженным, он не понимал, почему Кодонак не может быть избран, и не видел другой кандидатуры, Ото Эниль был вполне с ним согласен.

Говорили о многих.

Перечислялись имена и деяния, достижения, происхождение, Путь основного Дара… но Ото уже не слушал. Он мало знал боевых Мастеров и, кроме Кодонака, ни о ком не мог сказать ничего ни хорошего, ни плохого. Все его мысли восстали, как мятежный народ, который не желает выплачивать очередной налог. Они выкрикивали свои запоздалые возражения в ответ на слова Верховного. Искали доводы, вспоминали знамения в пророчествах Кахиля… Эниль очнулся от своих размышлений, лишь когда его попросили проголосовать за Мастера Стихий Митана Эбана; этого имени Ото не знал, потому воздержался, но и четырех голосов (Торетт голосовал против, он настаивал на Кодонаке) при поддержке Верховного вполне хватило для того, чтобы вынести кандидатуру этого неизвестного Эбана на голосование Большого Совета.

Глава 12. Обучение

Элинаэль Кисам

Огромное пустое помещение. Пол устлан коврами, но какими-то серыми и невзрачными, и, похоже, не слишком чистыми, совсем не для красоты – ковры здесь служат другим целям.

Эхо разносится от каждого звука. В дальнем конце зала стоят деревянные фигуры с множеством торчащих во все стороны палок вместо рук и ног. На цепях свисают с потолка мешки с песком. Зал ярко освещен дневным светом через огромные окна, которые начинаются где-то выше человеческого роста.

Вдоль стен висит и лежит на специальных полках всяческое оружие: копья, топоры, мечи… Мечей больше всего, они здесь разных форм и размеров.

Видов оружия здесь было очень много, но Элинаэль смогла бы назвать лишь несколько предметов, и то не уверена, что правильно.

Она оглянулась на тех, кто был с нею в этой новой группе: у них блестели глаза, а Элинаэль закусила губу – оружие не привлекало ее так, как всех, у кого был боевой Дар.

Среди первогодков, как ни странно, нашлось больше всего носителей этого Дара: здесь вместе с нею оказались и мрачный Тоше Гилиос, и весельчак Мах Ковса и даже пухленький Тико Талад.