Легенда о свободе 1. Крылья

– Да, – откликнулся Каден, – нашего Мастера Седдика однажды исцелил Одаренный, у начальника рана на животе огроменная была…

– Гилд! – крикнул внезапно появившийся здесь Гани Наэль. Голос его звучал тревожно и раздраженно. – Ты же вырос в Городе Огней! А знаешь об Одаренных как будто только из бабушкиных сказок. Ты что, не заметил, что парень – Мастер Оружия? Куда ты смотрел, когда он резал этих налетчиков, как баранов на бойне? Слышал про исцеление? Да? А про то, чтобы боевой Мастер кого-нибудь когда-нибудь исцелил, хотя бы себя, ты слышал?

– Нет… – Гилд пристыженно опустил голову.

Мастер Наэль подошел ближе к Вирду и продолжил уже тише и спокойнее:

– Тем более что у него сейчас отлив начнется. Хоть бы сам выжил… – Последние слова он прошептал, и их слышали только Вирд и стоящий тут же командир отряда стражей Алот.

Вирд посмотрел в сторону лежащего на земле, хорошо освещенного принесенными факелами Баса. Этот человек удерживал врага, он спасал Вирду, чужому для него парню, жизнь.

Если бы не этот воин, то неизвестно, успел бы он хоть что-нибудь сделать…

Юноша шагнул к раненому, но Гани Наэль тревожно посмотрел на него и положил руку ему на плечо, в его глазах Вирд прочел опасение, что он сейчас вонзит меч в умирающего. Вирд удивился. Хотел ли этого меч? Он позволил оружию ответить. Действительно… хотел…

В прошлый раз, когда Вирд отпустил меч, ему показалось, что у него оторвали руку, Сила ушла, а на смену ей телом завладели лихорадка и слабость.

Сейчас все было по-другому, Вирд спокойно, без сожаления, вложил свой окровавленный клинок в руки Мастера Наэля и решительно направился к Басу. Пока он шел, потоки Силы внутри него – красные огненные нити – замерцали, меняя цвет и природу. Это уже не был жидкий огонь, наполняющий его плоть, – это была теплая живительная прозрачная вода, оттенки красного сменились лазурью, его тело и душа не пылали в алчущем смерти врага и разрушения пламени, а были наполнены созидающим светом.

Когда Вирд опустился перед Басом на колени, то был уже другим человеком. Он видел, как голубые нити тянутся от его пальцев и ладоней к ране, он непостижимым образом знал, что повреждено, где оружие пробило кожу, какие сосуды разорвало, какие органы задело. Вирд почувствовал боль Баса, как собственную, он едва сдержался, чтобы не закричать, а вместо этого с тихим стоном направил теплые потоки к поврежденному месту.