Легенда о свободе 1. Крылья

У него были черные, казавшиеся еще более темными из-за бледной кожи и светлых волос большие глаза с чуть приподнятыми вверх внешними уголками, ровно очерченный нос, острый подбородок, узкие кисти рук и длинные пальцы.

Незнакомец снял шляпу и принялся обмахиваться ею, как веером – в городе уже становилось жарко. Он посидел молча рядом с Вирдом пару минут, а затем произнес, будто бы ни к кому и не обращаясь:

– В этом диком городе трудно быть самому по себе.

Вирд сморгнул: ничего о том, что Бурон – дикий город, он не знал, но что трудно быть самому по себе – с этим был согласен.

Человек обернулся к нему и, протягивая правую руку, сказал:

– Гани Наэль!

Вирд, недоумевая, уставился на протянутую руку, в нем сражались противоречия: он совершенно не знал, как нужно себя вести, и при этом понимал, что нельзя вести себя как обычно, как рабу.

Человек, заметив смущение Вирда, рассмеялся приятным тихим смехом:

– Я – Гани Наэль. В Аре так не принято знакомиться… Это тарийский обычай.

– Вирд, – быстро ответил он, словно отбивая удар, и судорожно сжал протянутую ладонь незнакомца.

– Этот караван идет в Город Семи Огней, – протянул Гани Наэль, – на мою родину.

– Ты оттуда, господин? – спросил Вирд.

Гани Наэль бросил быстрый оценивающий взгляд на него, что-то прикидывая для себя.

– Ты ведь свободный?

– Да! – На этот раз юноша ответил еще быстрее.

– Кто хозяин этих людей? – Гани Наэль кивнул в сторону повозок.

– Не хозяин, а хозяйка – к’Хаиль Кох-То.

– Значит, те громилы, – он показал на охранников, и один из них – одноглазый, но, видно, все равно очень уж глазастый – помахал ему рукой, – не соврали мне?

– Нет, не соврали, – ответил Вирд и тут же добавил: – Я могу понести ваши мешки и сумки.

Гани Наэль ухмыльнулся:

– Мешки можешь, а вот сумки с инструментами я тебе не доверю.

– Но ты же пойдешь с караваном? – Вирд засомневался, не слишком ли поспешно он предложил службу незнакомцу. Мог ли тот быть посланником Оргона?

– Надеюсь, что пойду… – тихо сказал он. – Ты ведь говоришь, хозяйка? А еще не одна женщина не отвергла моих услуг, особенно здесь, на юге.