Вернувшийся

— Как знать?

Мы вошли в особняк, где нас сразу же встретили две горничные.

— Добро пожаловать домой, Михаил Миронович, — сказала одна из них. — Вам что-нибудь нужно? — она как-то странно посмотрела на него и захлопала длинными ресницами.

— Нет, не беспокойте нас. Хочу поговорить с товарищем.

— Как прикажете.

Мы прошли чуть дальше, и я решил задать интересующий меня вопрос:

— Правильно понимаю, что за три года ты семью так и не завел?

— А зачем, когда у меня такие шикарные служанки? — сказал он скорее в шутку.

— Ну ты в людях всегда плохо разбирался, — засмеялся я. — Вдруг женился на той, кто тебя пилит, вот и осунулся так.

— Если бы. Я-то и дома почти не бываю, чтобы семью заводить.

Я шел за Мишей, который преодолевал коридор за коридором. Наконец, мы вышли к двери, около которой стоял Серж.

— Все готово, Михаил Миронович, — отчитался он.

— Благодарю, можешь быть свободен. И не подпускай никого сюда.

— Слушаюсь.

Миша открыл дверь и вошел внутрь, приглашая меня пройти следом.

Кабинет, в который мы вошли, был настоящим воплощением уюта и роскоши.

Стены были обшиты темным деревом, и на каждой из них висели картины.

В центре комнаты стоял камин, в котором тихо потрескивали поленья. Пламя отбрасывало теплые отблески на мягкий ковер, разложенный перед камином, и на два широких кожаных кресла, расположенных напротив друг друга.

Возле одного из кресел стоял небольшой столик с кристаллическим графином и бокалами.

Миха опустился в одно из кресел с видом истинного хозяина положения, опершись локтем о подлокотник.

Он жестом пригласил меня сесть в соседнее кресло.

— Присаживайся, Марк, — сказал он, указывая на второе кресло, и улыбнулся. — Поговорим, как старые друзья, за бокалом лучшего из того, что у меня есть.

Я уселся, чувствуя, как мягкая кожа кресла приятно охватывает меня.

Миха тем временем потянулся к столу и взял в руки кристаллический графин. Внутри переливалась густая янтарная жидкость, которая при свете камина казалась еще более притягательной.

— Это коллекционный «Macallan M Black», — сказал Миша, наполняя бокалы.

— Лимитированная серия, всего шестьсот бутылок в мире. Думаю, за такую встречу стоит выпить.

Он протянул мне один из бокалов.

Я взял его, оценил на свету глубокий цвет напитка и сделал небольшой глоток. Вкус оказался насыщенным, с легким дымным послевкусием, и на мгновение я забыл обо всем на свете, погружаясь в эти богатые оттенки.

Миша наблюдал за мной, явно довольный произведенным эффектом.