Жнец. Книга третья

Не сложно было догадаться, что это тот самый брат Оксаны, о котором она говорила ранее. Лицом он был очень похож на своего отца, что совсем не удивительно. А волосы точно такие же рыжие, как и у моей подруги. Физическая составляющая же у него разительно отличалась от таковой у его отца. Мужчина был статен, широкоплеч. Создавалось впечатление, что передо мной русский богатырь из сказок моего прошлого мира. Такого не назовешь рыжим и конопатым, сразу огребешь. А Дар у парня сиял ярче, чем у его отца.

– Саша, познакомься, это Рома, – после того, как мы поздоровались, сказала Оксана, указав на парня, стоящего рядом с ее отцом, – мой брат.

– Рад знакомству, – я протянул руку вперед.

Брат Оксаны посмотрел сначала на руку, потом на меня, и на его лице появилась улыбка, добрая такая, искренняя.

– Ну, будем знакомы, – он крепко пожал мою ладонь. – Тебя нужно по-быстрому подготовить, верно?

– Было бы неплохо, – согласился я. – Я-то могу и так сказать, но может получиться не очень красиво и все закончится мордобоем.

– Мордобоем дело закончится в любом случае, – заявил Владимир Сергеевич. – Но соглашусь, лучше бы это произошло не сегодня. Присаживайся, и начнем.

Я уместился в предоставленный мне стул и погрузился в слух. Граф начал свой рассказ с более подробного описания той самой истории, произошедшей в прошлом. Оказывается, дед Владимира Сергеевича проигрался в карты, а Смирновы, взяв обязательство, погасили немаленький долг. Можно сделать вывод, что один из прошлых глав Рода Грошевых проиграл свою правнучку в карты.

Это просто нонсенс.

Но самое главное, что документы, на которых было записано обещание деда Владимира Сергеевича, были зарегистрированы в имперской канцелярии. И теперь Смирновы могут смело обратиться в суд и уже через него истребовать либо Оксану, либо штраф в виде неподъемной суммы. Грошевы не смогут оплатить штраф, так как в последнее время засиделись в своем затворничестве.

Дальше пошла речь об обычае, благодаря которому я, собственно, сегодня здесь и нахожусь.

Оказывается, дед Грошева-старшего подстелил соломку своим потомкам, вложив записи о возможности сорвать помолвку. Как сказал отец Оксаны, они нашли эту информацию в одной папке вместе с копией обещания. Сам обычай мне был не интересен, меня волновала его юридическая сила.

Люди Грошева провели исследования, дали запрос в имперскую канцелярию и несколько юридических фирм, после чего получили ответ, что такой обычай действительно имеет место быть.