Ведьмак в теле Маркиза

— Думаю, это останется нашим маленьким секретом, — спокойно произнёс я, снова слегка надавив мечом ему на горло. — Потому что если что-то всплывёт, ты будешь мёртв раньше, чем успеешь что-то сказать. Ну и твою наглость я, возможно, прощу.

— Знаю, — огрызнулся он. — Я согласен… Семь фунтов.

— Три, — перебил я его. — Если бы ты не напал и не пытался играть со мной, получил бы больше.

Он сжал губы, но в конце концов кивнул, признавая своё поражение. Аларик, как же ты так умудрился?.. В этом городе тебя вообще хоть кто-то считает аристократом?

— Хорошо.

Мне нужно собраться, — пробормотал аптекарь, и взгляд его стал осторожнее, как и слова.

— У тебя пять минут, — ответил я, убирая меч в ножны. Развернулся, открыл дверь и шагнул на улицу.

***

Через десять минут мы уже катились в очередной карете. Галоша сидел рядом со мной, сжавшись, словно хотел слиться с обшивкой. Он всё время отводил взгляд, ни разу не осмелившись посмотреть на Фаррингдейла, который в свою очередь казался совершенно спокойным.

Аптекарь накинул на себя темно-зелёный плащ с высоким воротом.

Материя была явно дорогая, гладкая, переливающаяся в тусклом свете фонарей, что уже зажгли в городе. Под плащом он прижимал к себе кожаный чемоданчик с массивными застёжками. Когда он чуть приподнял руку, чтобы поправить ворот, плащ раскрылся, и я заметил детали его одежды — дорогая вещица... Из чемоданчика донёсся лёгкий звон, когда телега наехала на что-то.

Кучер не сразу согласился довезти нас до места, указанного Галошей. Когда мальчишка назвал точный адрес, мужик фыркнул и начал ворчать, что это «дыра, выгребная яма, а не место для лордов».

Однако семь шиллингов , что я положил в его карман, быстро изменили его мнение. Спустя полчаса пути мы остановились.

Район действительно оказался удручающим — почти заброшенные улочки, словно само время застыло здесь в грязи и бедности. Узкие дома с покосившимися крышами, облезлыми стенами и тёмными окнами были похожи на призраков.

Здесь царила нищета, пьяницы валялись на мостовой, а редкие проститутки, обтянутые рваными платьями, блуждали по улицам.

Старики с пустыми глазами и почти беззубыми ртами сидели у дверей, словно их забыли забрать родственники.

Но больше всего меня поразили дети — повсюду, на каждом шагу, стояли, бегали мальчишки и девчонки в возрасте от трёх до шестнадцати лет. Грязные, худые, с голодными глазами, они смотрели на нас так, будто мы были чем-то совершенно чуждым.

Галоша махнул рукой, указывая путь, и повёл нас через улицу.