Хроники острова Юракон. Книга вторая. Новые пути

Наэлли поначалу беспокоили перемены в сыне. Тому было всего шесть с небольшим лет, но руки его прекрасно справлялись с самой разной работой, а меткий глаз редко позволял промазать мимо цели. Но даже не это беспокоило Наэлли. Она боялась, что Кажет слишком одичает в лесах и потом с трудом будет налаживать контакт с Танголинами, и уж тем более с эльфами или людьми, которых пока и вовсе ни разу не видел.

Однако феи относились к ее тревогам довольно равнодушно, тем самым показывая их бессмысленность, что порой раздражало эльфийку.

Ведь прежде всего она была матерью.

После прибытия в деревню фей Наэлли пыталась удерживать сына дома, привлекала к бытовым заботам, рассказывала занимательные истории, но все равно видела, что глазамальчика устремлены не иначе как в лесную чащу.

Однажды Кажет прямо высказал ей свое мнение, причем таким серьезным тоном, что застал Наэлли врасплох:

— Мама, лес влечет меня. Там кипит жизнь. Я никогда не жил среди тех, с кем выросла ты. Я не знаю, что такое города или толпы людей.

.. Поэтому я не хочу, чтобы ты держала меня. Когда-нибудь я узнаю и тот мир, но ведь сейчас это невозможно. Я хочу жить там, — и он махнул своей детской ручонкой в сторону зарослей.

Наэлли ничего не оставалось, как молча кивнуть. Ей было горько оттого, что она чувствовала — сын растет не в той среде, для которой предназначен. И в то же время сейчас у нее действительно не было выбора.

Постепенно эльфийка переборола в себе материнский страх. Она начала относиться к Кажету почти как ко взрослому, а помогать или поддерживать его, только если тот в ней нуждался.

Сама же стала уделять больше времени собственному внутреннему состоянию.

И как только она приняла жизнь такой, какой та была, многое открылось Наэлли. Она увидела, что Кажет стал более терпеливым и предусмотрительным. Может, другие дети в его возрасте и должны были бегать по лесу, сражаясь с воображаемыми врагами, но ее сына влекли серьезные занятия: с охоты он приносил самостоятельно выслеженную добычу, помогал освежевать ее и приготовить сытный ужин.

Не гнушался Кажет и будничных работ, от сбора ягод до плетения корзин. Он видел, что все это необходимо для их комфортной жизни и охотно брался помогать матери, хотя она его не принуждала.

Конечно, Наэлли не избавилась до конца от своей тревоги. Ведь она в его возрасте играла в куклы и засыпала окружающих множеством вопросов об окружающем мире.

Кажет же рос молчаливым и сосредоточенным.