Исцеление огнем

Надо же - лифт без кабины… Действительно, далекое будущее как оно есть. Я шагнул следом за моим проводником и, повинуясь неведомой силе, подхватившей мое тело, всплыл так же успешно, как и сам товарищ Серегин.

Несколько секунд стремительного подъема - и я уже стою в кабине пилотов, расположенной примерно на высоте третьего этажа от земли. Удивительным тут было все. В передней части длинного и узкого полутемного помещения стояли два больших кресла, в которых сидели пилоты, скрытые от моего взгляда высокими спинками, за ними располагалось два ряда кресел поменьше, предназначенных для таких случайных попутчиков или пассажиров.

А прямо перед пилотами находился ярко сияющий дневным светом полусферический стеклянный пузырь*, открывающий вид вперед, в стороны, вверх и вниз. Только, к моему удивлению, земли под нами было уже почти не видать. Она лежала где-то далеко внизу, подернутая синеватой дымкой, а впереди было только стремительно темнеющее небо. Окажись на моем месте летчик - он, наверное, кричал бы уже от восторга… Только я к этому великолепному зрелищу остался равнодушен, почти. Мы, подводники, никогда не видим окружающей нас подводной среды, и ориентируемся в ней отчасти на слух, отчасти наощупь**, и видим то, что творится на поверхности только через узкую трубу перископа.

Примечание авторов:

* на самом деле обзорный экран, но товарищ Котельников, скорее всего, не видал даже первых линзовых телевизоров, еще не вышедших из стадии эксперимента.

** перед войной даже на лодки Крейсерского типа гидролокаторы не устанавливались. Советский «Антарес-1» оказался непригоден к установке на подводных лодках, а британские «Асдики» поступили по ленд-лизу гораздо позже, и устанавливались в первую очередь на надводных кораблях противолодочной обороны. Тем не менее обе лодки крейсерского типа К-3 и К-22, на которые в конце 1942 года были установлены британские гидролокаторы, погибли во время боевых действий в феврале-марте 1943 года.

- Здесь разговоры разговаривать гораздо удобнее, чем в грузовом трюме, - сказал товарищ Серегин. - До места лететь нам не меньше трех часов*, так что, товарищ Котельников, давайте присядем в кресла, как цивилизованные люди, и вы можете задавать мне вопросы, а я буду на них честно отвечать, просто потому, что по-иному не умею. Как говорил Суворов, каждый солдат должен знать свой маневр, и ваш случай не исключение.