Глас Извечной Силы. Том 1

Не менее двух лет надобно на чтение, коль читать каждый день от рассвета и до поздней ночи. Но на то он и некромант, что мог жить дольше всех остальных магов.

С Соэлой, равно как и со всеми остальными, он почти не разговаривал. Она пыталась подойти к нему и начать беседу, но Анафрахион отвечал сухо и явно без какого-либо желания. Не будь Соэла некромантом, то точно бы расплакалась разок-другой. Как-то к нему подошёл Кларис, дабы поговорить об его поведении и о том, каким он стал. Но, кроме этого, и на счет Соэлы хотел узнать.

— Слушай, Анафрахион, что с тобой? — вот так сразу, без приветствия начал он разговор. — Ты так разительно изменился. Раньше ты и веселей был, и больше общался со всеми. Убив Архимага, ты присоединился к нам. Мы следили за тобой очень долго и то, каким ты стал после убийства Демиуса… я и не думал, что ты можешь быть веселым, улыбающимся и даже жизнерадостным. Многие годы ты был хмур и серьёзен, ослеплён жаждой мести и более ничего не желал. Но сейчас ты гораздо хуже! Хватит быть таким бездушным.

Где же Эльтран, который присоединился к нам? Где тот Эльтран, коего признали сильнейшим средь некромантов нашего мира? Который был дружелюбен, общителен и к которому можно было обратиться с любым вопросом о некромантии, и он помогал, объяснял и показывал всё. Где он? — Кларис говорил стоя, а его собеседник всё также сидел.

— Эльтрана больше нет, — вновь этот раздражающий спокойный и сухой голос. — То было не настоящим именем. Имя мне Анафрахион, и я другой.

Я куда сильней Эльтрана. Мои знания в разы превышают те, что было ведомо Эльтрану. И я всё также остаюсь сильнейшим средь некромантов мира. Более того, я сильнейший маг в целом мире средь всех рас.

— А как же Соэла? Забыл про неё? Она ведь, глупая, влюблена в тебя. И ты ответил ей взаимностью, не скрываясь, и не умолчал. А что теперь? — Кларис пытался зайти с другой стороны в надежде найти хоть маленькую трещину в этих высоченных и толстых стенах.

— Одним из моих отречении было такое чувство как любовь.

«Отрекаюсь от любви и ненависти» сказал я тогда.

— Неужели никаких чувств не осталось? — Кларис начинал терять надежду.

— Дабы достичь величия надобно избавиться от них, ибо они все – лишний груз, замедляющий тебя. Я избавился.

— И ты готов пойти на это, лишь бы стать ещё могущественней?

— Готов. Но тебе этого не понять. Собственно, я и не жду, что кто-либо из вас поймёт, ибо вам не достичь величия, как бы вы к нему ни стремились.