Тайна крови

- То, что продаю я, на рынке не купишь.

- И что же это? – вкрадчиво спросил Раин.

- Информация.

Незнакомец с таким независимым видом попивал своё пиво, будто был уверен, что его не попросят уйти, а выслушают.

- Ты из лазутчиков?! – догадался Ник и по спокойной реакции парня, понял, что попал в точку.

Теперь Нику стало понятно, почему он не знал этого студента. Лазутчики хоть и обучались в общем корпусе, но были обособленным отделением и с другими студентами практически не общались. Впрочем, никто и не жаждал.

В лазутчики шли низшие слои, те, кто хотел попрощаться с прошлым и стать хотя бы на одну ступень ближе к приличному обществу. Нищие, бывшие воришки, сироты – любой, кого судьба обидела, мог прийти в училище и попытаться стать студентом. Ник не знал, да и особо не интересовался, по каким критериям отбирали кандидатов в лазутчики, но везло единицам. В отличие от других отделений, обучение у них было бесплатным, но с момента зачисления на курс бывшие отбросы общества становились собственностью короны. В бою их бросали как «мясо» в первые ряды авангарда и ставили живым щитом при арьергарде. И при всём этом, служба королевских шпионов – лучшее, на что они могли рассчитывать в жизни.

- Как тебя зовут? – между тем спросил Раин.

- Можете звать меня Серый, - ответил парень и Ник вспомнил о традиции среди лазутчиков отказываться от имен, напоминавших о прошлом, и брать прозвища.

- Как скажешь. Что за информация? – по тону Раина не было понятно заинтересовался ли он предложением студента или спрашивает на всякий случай, хотя, безусловно, понимал, что для лазутчиков информация – хлеб и добывать они её умеют.

- Она касается лорда Гасела, поэтому стоит недешево.

- Сколько она стоит буду решать я, - голос Раина по-прежнему ничего не выражал.

Студент подумал и кивнул:

- Хорошо. Но если я останусь недоволен, я найду способ возместить потраченное время.

Раин промолчал.

- Вы желаете поговорить здесь или, может, в более удобном месте?

- Здесь вполне удобное место.

На нас никто не обращает внимания и не слышит наши разговоры.

Благородный был прав. В таверне было шумно. Почти за каждым столом велась оживленная беседа, стучали кружки и раздавался гогот; время от времени взвизгивала служанка, которую подвыпившие посетители хватали за «мягкое место».

- Никто, - согласился лазутчик, - если не считать человека за стойкой.

Раин и Ник тут же посмотрели на того, о ком говорил Серый.