СатАна. Ледяное сердце

И лифт, тронувшись с места, резво понёсся по магнитным путям, с каждой секундой набирая ход.

За его траекторией было невозможно уследить. Он петлял то в одну, то в другую сторону. Порой на мгновенье проседал, словно провалившись в яму. А в опредёлённый момент просто взмыл вертикально вверх.

Несведущий человек наверняка запутался бы в хитросплетениях коридоров огромного спрута. Да никто и не разрешил бы постороннему посетить столь важное охраняемое место. Впрочем, газетному листу не было дела до каких-то там ограничений.

Он спокойно лежал в уютном кармане своего случайного спутника, совершенно не заботясь о происходящем.

Когда кабинка снова открылась, перед адептом предстала приёмная зала Совета.

- Здравствуйте, господин Борн, - незамедлительно вскочил с места невысокий служитель. Всё так, всё верно. Почтение, быстрота, вежливость – всё как полагается при обращении к Верховному адепту.

- Добрый день, Айрих. Совет у себя?

- Да, все в сборе. Ожидают Вас.

- Хорошо.

Доложи о моём прибытии.

Айрих не заставил себя долго ждать. Пара нажатий клавиш - и большие двустворчатые двери разъехались в стороны. Старик вошёл внутрь.

К сожалению, газетный листок не мог лицезреть огромный сферический зал, один только вид которого внушал восхищение и трепет. Миллионы синих огоньков расходились по куполу, медленно переливаясь и собираясь в причудливые узоры. Они сияли, искрились - даже и не думая повторяться. Казалось, можно было часами стоять и глядеть в потолок, наблюдая это дивное зрелище.

При этом в зале было темно.

От входа вела небольшая световая дорожка, за пределами которой царил мрак. Он же скрывал и дальнюю часть помещения, где на высоких постаментах восседал Совет.

Семь молчаливых фигур, расположившихся широким полукругом, терпеливо ждали, пока визитёр займёт положенное место в центре помещения. Поток синего свечения образовывал там заметный пятачок.

Лики семёрки были сокрыты завесой сумрака. Но эта тьма не выглядела обычной.

Она казалась густой, почти осязаемой. Завеса придавала фигурам мрачный и даже нереалистичный вид. Словно это были не люди, а всего лишь статуи. Что, однако, не мешало им неустанно следить за гостем, провожая каждое его движение своим зорким взглядом.

Глаз не было видно - но их контроль ощущался. За долгие годы старик привык к этому - и всё же каждый раз на лбу проступали мелкие капельки пота.

Обрывок как всегда остался безразличен.