Боксёры от Бога

- Ничего себе, - скривился Майк, - настоящее имя?

- Почти, - пожал плечами Пифагор, - меня в детстве так прозвали, за то, что хорошо считал в уме.

- А я вот в арифметике не силён.

- Чем же занимаешься?

- Да так, - замялся Майк, - вообще-то я боксёр.

- Подожди, мне твоё лицо знакомо. Где же я тебя видел? – на секунду задумался Пифагор. - А, вспомнил, ты сбежал с реванша с Шоном Кейном.

- Откуда ты знаешь? – мрачно буркнул Майк.

- У меня память фотографическая. Я в газете прочитал и запомнил твоё фото в Нью-Йорк таймс.

- Понятно. Только я не сбежал. Дело в том...

- Забей, – перебил Пифагор. – Жизнь – сложная штука, можешь ничего не объяснять. Давно скитаешься?

- Почти полгода. А ты?

- Я пять лет здесь живу.

- И как?

- Не жалуюсь. Ладно, идём.

Они встали из-за столика, Майк взвалил себе на плечи усилитель, а Пифагор бережно взял гитару. На автобусе доехали до парка, а потом молча шли пешком. Расположились на стоящих друг с другом парковых лавках, и укрылись старыми одеялами, которые музыкант вытащил откуда-то из кустарника.

- Ты в Бога веришь? – неожиданно спросил Пифагор.

- Странный вопрос, - удивился Майк, - как и все: порой верю, иногда не очень.

- Как докатился до такой жизни?

- Меня все предали, - ответил Майк. – Тебя, наверное, тоже?

- Нет, - спокойно ответил Пифагор, - это – мой выбор.

- Неужели? – удивился Майк.

- Да. Живя здесь, я многое понял.

- И что же ты понял?

- Неисповедимы пути Господни, но каждый выбирает свою дорогу сам.

- И какая же у меня дорога? – горько усмехнулся Майк.

- Остаться здесь или найти работу, вернуться к обычной жизни, - философски произнёс Пифагор.

- Какую работу? Кто мне её даст? Кроме бокса, я ничего не умею.

- У меня тут есть знакомый тренер. Завтра позвоню ему: может, подыщет тебе какую-нибудь работёнку.

***

– Вот так я начал карьеру уборщика, – улыбнулся Майк, - и это не самое худшее, что со мною могло произойти.

– А ты пробовал вернуться в большой спорт и начать всё сначала? – неожиданно спросил Ник.

– Пытался, только…

– Что "только"?

– Не знаю, что-то во мне изменилось: я уже не могу боксировать как раньше. Пять, шесть раундов – и всё, я выдыхаюсь.

– Разве это проблема?

– Я сначала тоже так думал, бегал кроссы, тренировал выносливость, но ничего не помогло. Наверное, я сломался.

– Что-то подсказывает мне, что тебя ещё рано списывать со счетов.

– Да ладно! – отмахнулся Майк и горько вздохнул: – Прошло уже семь лет, как я не выходил на ринг.