Путь одарённого. Крысолов. серия: Сила магии

Вроде, ещё видно, что вокруг творится, одно жаль, придётся в кромешной темноте в помещение бывшего хозяина, охотника на крыс, идти за меховой подстилкой. И ведь помнил, что даже хвороста, не говоря о дровах, у меня тут нет, и зачем, спрашивается, огниво просил?

Но обошлось. Стены немного светятся, давая тусклый свет, глаза к темноте привыкли. Огромная каменная раковина заполнена морской водой, где-то там, наверху, господствует ветер, слышно, как завывает в ночном тёмном небе.  Тучи.

Как бы дождь не пошёл.

Спать в помещении с дыркой на следующий нижний уровень и подъёмником над ним я побоялся. Стянул с постели, прихватив с собой, подстилку из овечьей шкуры. Она по размерам, как раз позволяет мне в неё всем телом, даже с головой, завернуться. У стеночки, в глубине основного хода устроюсь. И ветер свежий, и не так страшно. У меня на вечер припасено на ужин угощение - пирожок с капустой, а воды я и в родничке попью.

Устроился быстро.

Мне завтра подниматься с первыми лучами вставшего светила. Киря очень просил помочь ему с его занятиями.

Не спорю, я удивлён, хотя на фоне пацанов, я, и правда, оказывается, неплохо физически подготовлен. Походу, и приёмы, и разные удары вспоминаются. Хорошо меня в прошлом тренировали. Хорошие были учителя и боевые наставники. Ведь и во время путешествий с беженцами мне не раз и даже не два приходилось

отстаивать кулаками право на своё имущество и одежду, в частности, а ведь она у меня бросалась в глаза своим качеством и дороговизной.

А мой кинжальчик? Вот где настоящая ценность.

Но вернёмся к этим тренировкам. И чему мне Кирю учить? Ну, за такую плату я, конечно, что-нибудь выдумаю, но не хотелось бы так опускаться, за пирожки человека обманывать, а потому укладываемся в люлю и вспоминаем, как у меня самого тренировки проходили, ведь надо, надо вспоминать кто я! Откуда, и главное, что во мне заложено!

***

Выспался я просто отлично.

Ни на что не отвлекался, ничто меня ночью не беспокоило, и сон мой не прерывался. Утром, стоило только небесам немного начать сереть, как я уже распахнул свои объятья новому, зарождающемуся дню. Продрал глаза. Быстро сбегал в туалет, испражнившись прямо с небольшого обрыва в воду огромной каменной чаши. Потом сполоснул лицо и, напившись воды, принялся примерять подогнанные мне вчера вещи.