Несбывшееся приключение

Бояться мне уже нечего!», - зажмурившись, проговорил Дима и повернулся.  И вновь пустота. Настроенный на сражение Дима был растерян. Он начал топать и прыгать на месте, вызывая членистоногих на бой. Но никто не объявился. Дима заметил в дальних углах церкви несколько присосавшихся к стенам личинок, среди которых был и бессознательный Максимилиан, прилепленный к стене какой-то вязкой жидкостью. Дима ужаснулся и бросился к нему. Резкий толчок где-то на чердаке содрогнул потолок. Несколько досок свалились на скамьи, а следом – несколько крупных ос.

Насекомое преградило Диме путь, отчего последнему пришлось взяться за оружие. Закрыв глаза, он вновь собрал воедино все самые светлые намерения. Но осы не отступили, а, наоборот, перешли в наступление. Первый же укус был очень болезненным. Левая рука покраснела, слегка вздулась и даже онемела. Дима был в замешательстве. Он отпрянул назад, вновь пытаясь сосредоточиться на добре, но осы становились все агрессивнее. Дима даже не пытался взяться за меч, все ещё веря в силу своих намерений. «Освободи меня», - сказал очнувшийся от громкого трепетания крыльев Максимилиан. Но Дима не спешил с этим. Он до последнего верил в собственные силы и с большой неохотой желал принять помощь от друга. Ведь все трудности, с которыми ранее сталкивались ребята, разрешил именно Дима и данная - не исключение. Ему всего лишь требовалось время, в течение которого он точно что-нибудь придумает и одолеет врага. Но обманчивы были его мысли! Он не допускал и возможности победить врага без своих добрых намерений, ибо они, по его мнению, были самым сильным его орудием. Беспросветная упертость стала его истинным врагом. Максимилиан негодовал и пытался выбраться сам. Сквозь боль, воплощенную в истошном крике, он высвободил одну руку и, достав до кинжала, освободился полностью. Максимилиан прицелился и швырнул кинжал в осу, поразив его прямо в тельце. Муха замертво упала на спину, судорожно подергивая конечностями. Часть ос ринулась к нему, что не могло не рассердить по-прежнему уверенного в своей победе Диму. Все его благие намерения растворились во вспышке негодования и злобы. Как только это случилось, оставшиеся осы повернули к Максимилиану. Дима наконец-то взялся за меч. Он запрыгнул на спину к ничего не подозревающей осе и пронзил его голову. Дима свалился с неё, проломив дощатый пол. Столкновение встряхнуло его внутренние органы. «Не вмешивайся, я сам их одолею!» - ненавистно выкрикнул Дима, пытаясь подняться.