Слайм. Том 1 - "Новая жизнь"

     Но словно и этого было мало, Мастер Кельмион решил добить своего ученика! Когда после тренировок настало время ужина и они привычно устроились у костра – Сайрик сбоку, как всегда не желающий натягивать на себя слишком большую для него рубаху и щеголявший с голым торсом и в закатанных штанах. За спиной делал вид, что задремал, а на самом деле следил за ними одним приоткрытым глазом, наевшийся после охоты Змей, свернувшийся огромными кольцами. На коленях парня находился слайм, который в момент, когда не надо маскироваться всегда имел необычный фиолетовый цвет и который вмещал в себя разум наставника.

Странная компания, особенно, если вспомнить ещё о более чем двух десятках слизней, ползающих то тут, то там и занимающихся известными одним им делами. 

      Сваренное с приправами мясо было мягким, пряным, жирненьким, таким, что после каждого кусочка хотелось облизать пальцы, да ещё и причмокнуть от удовольствия.

В чём он себе и не отказывал, забыв начисто о клановом воспитании, совершенно не уместном за стенами поместья. После тренировок жаловаться на аппетит не приходилось. Треск костра, трели и жужжание мелких насекомых, звёздное небо над головой. Почти идиллия. 

     «Маллор… я хочу тебе кое-что рассказать.» - раздавшийся в голове голос заставил внутренне напрячься. За то время, что он знал своего необычного наставника, юноша успел неплохо запомнить некоторые его привычки в общении.

И весь нынешний опыт буквально кричал о серьёзности настроя Мастера Кельмиона.

     Но за простой фразой о разговоре последовали слишком уж необычные откровения:

     «Так вот, начать я этот разговор решил не просто так, а потому что хочу быть уверенным, что между нами не останется недосказанности. Итак, в первую очередь, слайм, которого ты всё это время считал лишь медиумом для моей техники – моё настоящее тело…»

     С самых первых и до самых последних слов, Малл не мог выдавить из себя и звука, внимательно слушая того, кто оказывается уже был однажды убит и получи новый шанс на жизнь в этом мире! Перерожденец не вдавался в подробности, кратко рассказывая о своей прошлой жизни, но юноша ловил каждое слово, не желая упускать ни малейшей детали.