Небытие Бессмертные

Видишь повреждения в рисунке её Средоточия? Я могу не только повторить этот рисунок, но и восстановить его! Но… нужен какой-то инструмент с тонким концом, как у спицы или крючка…

– Очнись, Эс! Струны – это не пряжа и не верёвки, это ткань маны! Ты собрался простыми спицами починить Средоточие? Здесь, в Астрале…

– А почему бы и нет, именно здесь, на втором горизонте Астрала, где пластичны материалы, где керамопластик из прочнейшего материала превратился в баблгам? Почему я не могу взять, например, любой металлический предмет и изменить его форму?

– Твоя наивность поражает, мой альв.

Отчаяние часто порождает несбыточные мечты… – Лоос нежно взяла меня за руку.

– Нет! – я грубо вырвался, – надо пробовать, нельзя отступать!

– Ох, упрямый. Смотри! – в руке Богини появился изящный стальной стилет. Пальцы её засветились, окутываясь лазурным сиянием, от Средоточия Королевы потянулись тонкие струны маны, несколько мгновений – и контуры ножа потекли. Истлела, рассеявшись в дым, рукоятка, сталь клинка засияла золотистым светом и… рассыпалась сотней искр, оставив ладони альвы пустыми.

– Ни один клинок не устоит против жадного дыхания Астрала…

Я сунулся в инвентарь. Ключи Матери и Сына? Артефактное оружие, не раз спасавшее меня в бою… Нет, я пока не годов им пожертвовать. Погодите-ка… Ящик с инструментами. Скальпель, игла, нить… Попробовать с иглой? Ведь эти инструменты тоже артефактные. Да ещё какие! Жалко будет, но не так… Да и ради Гудрун… Эх, где наша не пропадала?! Наша пропадала везде…

– Лоска, что там делать надо?

– Эээ, Эс.

Представь, что тянешься к своему Средоточию, мысленно вытягиваешь струну и как будто наматываешь её на предмет, который хочешь изменить…

– Понял! – я зажал между указательным и большим левой руки пальцем иглу.

Минуты три пыхтел до молоточков в ушах. Злость нарастала вместе с безуспешными попытками, как вдруг руку окутало зеленоватое свечение, полыхнули руны предплечья.

Случайно активировал умение «мёртвое – мёртвым, живое – живым» … И понеслось. Я почувствовал, как в груди стало нестерпимо горячо, к игле устремились сразу несколько струн, непроизвольно дёрнув плечом, я спровоцировал закручивание их вокруг артефакта. 

Игла нагрелась, и я подушечками пальцев почувствовал податливость металла. Перевернул, почему-то боясь, что металл, как воск зальёт мои пальцы. Но нет, игла ярко засияла.