Клинки Преддверья

Сегодня в силки угадил тушкан, вот Тунган и решил побаловать спутников своим кулинарным искусством. Похлебка получилась отменной. — Их много.

— Да, — Ольгерд лежал на земле, подстелив зимний балахон. Кое-где уже пробивалась трава. Рык носился в сгустившихся сумерках. — Ничего удивительного. Мы разозлили их.

Вячеслав не ответил.

Пустыня лежала за горизонтом, но ее опаляющее дыхание уже коснулось путешественников. Полуденное солнце нещадно жарило всё, что опрометчиво двигалось по равнине.

Когда Торнвудова Луна взошла над степью, Тунган поднял парус и покатил на юго-восток. Ольгерд и Вячеслав пристегнулись к палубе, чтобы немного поспать. Вскоре на борт заскочил выгулявшийся рлок.

На рассвете буер достиг края пустыни.

Ровное пространство степи погружалось в песок. Буйная поросль отступала. Под колесами корабля торчали отдельные травинки — и всё. Тунган изменил угол паруса и взял восточнее.

Теперь странники ехали по краю пустыни, избегая гиблых земель.

К полудню их настигли первые псы.

Поначалу звери были точками на горизонте. Потом Ольгерд увидел, что точки приближаются. Гончие псы. Разведчики.

Ольгерд был готов к их появлению. Мастер ножей послал мысль-приказ. Белая молния вихрем налетела на ближайшую гончую и раскроила собаке череп мощным ударом лапы. Рлок метнулся к следующей цели. Гончая летела вперед, принюхиваясь к ветру.

Спустя миг животное валялось в пыли со свернутой шеей.

А затем появились третий, четвертый и пятый псы. Слишком много целей. Поднялся лай.

Ольгерд вздохнул и отозвал рлока на буер.

Травля началась.

Ветер мощно надувал парус, корабль катился на восток. Но катились и другие корабли. А еще были псы-убийцы. Они появились спустя несколько часов, когда солнце начало съезжать со своего насеста. Об атаке мастеров ножей предупредил блеск.

Твари целенаправленно мчались вперед, ориентируясь на гончих. Солнечные лучи отражались в щитках брони и острых шипах, «вросших» в песьи хребты.

Псы-убийцы не лаяли. Они берегли силы для боя. Готовились грызть глотки. Концентрированная ярость, бессмысленная звериная жестокость. И это приближалось.

Ольгерд понимал, что рлок не справится со всеми собаками. Дварги сделали правильные выводы из уличного побоища.