Лучший. Книга первая.

А любой поглотитель душ является проводником воли Владыки. Не инициированные культисты тоже вызывают интерес у этих странных созданий, правда не гастрономический. Несколько сотен таких насекомых способны защитить небольшой город. Но таких больших количеств не призывали со времен Жертвенной войны. Это тоже очень затратно.

– Жесть какая-то… – пробормотал я.

Осколок не перестает меня поражать. Религиозная секта (ну а кем еще их считать), члены которой пожирают души и превращают людей в безумных монстров. И защитой городов от них являются насекомые… Что они тут курят? Я сделал большую затяжку ароматного дыма, выдохнул и пригубил вино.

Похоже война близка.

– Слушай, – вспомнил я еще один интересный вопрос. – А как этот культист смог использовать Перемещение? Он же слаб, ты сам говоришь. Я думал только такие могущественные искусники, как Мастера, способны на такое.

– Это если речь идет о спонтанном Перемещении или Перемещении на большое расстояние без использования Дальних врат, – задумчиво проговорил Гонард.

– На короткое расстояние, в пределах видимости, может переместиться уже хорошо обученный ученик. Или на чуть большее расстояние, если ученика снабдят готовой формулой Перемещения. Но ты прав, такое по силе не каждому. И этому культисту в том числе. Он подготовил пути отхода. Его снабдили готовыми формулами и запасом силы, но даже так он не мог уйти далеко. Тени его достанут.

– А как вы перемещаете других? – раз Гонард так охотно отвечает на вопросы, надо ковать железо, пока горячо.

Но ответить Магистру не дали.

Малые Дальние брата сверкнули силой и на них появился Есений. Какой-то он жуткий стал, у меня даже мурашки по коже пробежали от его взгляда.

– Отец, – обратился он к Гонарду. – Я выдал пропуск теням, подтверди. Мы взяли ублюдка.

– Хорошо, – кивнул старик. Он посмотрел в глаза сына и глубоко вздохнул. – Надеюсь оно того стоило… Что там так громыхало в городе?

Громыхало? Я ничего не слышал.

– У культиста оказался второй Породитель, – ответил Есений.

– Жертвы? – спросил Гонард.

– Десятки.

Как-то холодно ответил Есений. Безразлично.

Глава двадцатая. Ради всего человечества.

– Надо же, сам Магистр почтил меня своим присутствием.

Пленник словно не обращал внимание на свое плачевное состояние. Есений, вместе с тенями, затащили культиста глубоко в подземелья Школы, в одну из самых защищенных комнат, где приковали к столу. Искусники позаботились о пленнике, этот допросный стол питает сам Вечный, на нем почти невозможно умереть.