Кровь. Меч. Корона.

Я снова взмахнул факелом по широкой дуге, но едва мне удавалось отогнать одну змею, другая подбиралась ближе. Я почувствовал, как бешено колотится сердце.

Призрачный Жнец наконец покинул ножны и я откинул одну из змей кончиком клинка. Меч казался в несколько раз тяжелее, чем обычно, но я крепко схватил рукоять. Я вспомнил церковную легенду, что рассказывала мне мать. О том, как Господь изгнал всех змей с острова Матак, и я подумал, что он изгнал их именно сюда.

– Пошли прочь, гады, – сквозь зубы процедил я, и удивился, насколько сильно здесь разносится эхо.

Одна из змей бросилась на меня с угрожающим шипением, но я взмахнул мечом и на каменный пол упали две извивающиеся половинки. Но всё же начало было положено, и остальные змеи стали тоже бросаться в самоубийственные атаки. Я махал мечом как бешеный, размахивал гаснущим факелом, пятился назад. Но этого было недостаточно.

Я почувствовал укус, и сразу за ним по ноге разлилось жжение, столь сильное, что казалось, будто я окунул ступню в кипяток. Одна из змей вцепилась в меня, я тут же зарубил её мечом и оторвал от ноги, но жжение не прекратилось, а наоборот, стало подниматься выше.

Однако теперь я уже не успевал за их атаками. Одна вцепилась мне под колено, другая, чудом увернувшаяся от факела, укусила за голень. Я выронил факел, упал на одно колено. Голова кружилась, а дышать стало ещё труднее. Я вяло отмахивался мечом, который становился всё тяжелее, но третья змея прыгнула и вцепилась мне в шею, и я упал.

***

На этот раз я проснулся от того, что выкатившийся из костра уголёк обжёг мне ногу, как раз там, где был один из укусов. Я потёр обожжённое место и сел. На востоке едва забрезжил рассвет, многие ещё спали после тяжёлой битвы и ночного празднования. Я пихнул уголёк обратно в догорающий костёр и подкинул туда несколько веток, что лежали рядом.

Спать уже не хотелось, и не потому, что я выспался и отдохнул, а потому что не хотелось возвращаться в это треклятое подземелье. Рядом храпел Фергус, и я ему даже немного позавидовал. Вряд ли он видел сны, в которых то и дело приходится умирать со всей полнотой ощущений.

Я встал, потянулся, хрустнул затёкшей шеей. Сперва мне пришла мысль найти шамана и рассказать ему про сон, но я быстро передумал. Старик только нагонит жути.