Сандэр. Ночной охотник

На жертвенных камнях лежали скорчившиеся, иссохшие останки. Ученик у запертых ворот выглядел ошеломленным, от него пахло страхом.

— Прикажи развесить тела на ветвях священных тролльих деревьев у Красной скалы, — приказал я, стряхивая с кончиков пальцев сконцентрированную в выступивших капельках крови силу, ее подхватывали плавающие подо мной рыбками теневые духи. — Позже распорядись уложить на жертвенные камни тролльих детенышей. Для боя с их отцами мне понадобится много айгаты…

— Шестиглазый уродец! Отрыжка шоггота, пережравшего вирмовского дерьма! Чтоб тебя боги Бездны наказали за твою подлость!

Раздающийся поблизости басовитый глас вывел меня из плена чужих воспоминаний.

Надо мной высился смоляной горой воин. Длинноволосый мечник потрясал оружием в обеих руках, на чем свет стоит кроя неведомого злоумышленника, лишившего его радости боя.

Они считают меня выбывшим из схватки — мне же лучше. Я вроде в порядке, разве что черепная коробка пульсирует болью. После мощной ментальной атаки люди обычно в отключке валяются часами, а то и вовсе в кому впадают.

С пойманными духами повезло, они возвели блок, остановивший львиную долю астрального снаряда шестиглазого.

Сосредоточившись на ощущениях тела, вхожу в боевой транс. Вот теперь чувствую себя значительно лучше, теневые духи тут как тут, прикинулись обыкновенными безобидными тенями. Молодцы! Ну-ка, прощупайте матерщинника.

Тени робко вздрогнули и потянулись к стоящей фигуре в замысловатой колючей броне.

Потянулись — и отпрянули синхронно с мечником, отскочившим на добрый десяток метров. Заметил все же диверсантов. Отличный противник.

— А ты крепкий малый, — похвалил он, повернув ко мне имитирующую череп маску. Пока мечник говорил, я плавным движением перетек из лежачего положения в боевую стойку, стиснув древко эспонтона. — Копейщик, да? Люблю копейщиков-мастеров, хорошие воины. Только тени твои мне не нравятся.

Духи окружили меня широким ажурным кольцом.

Приблизиться ко мне безнаказанно они не дадут, мигом проникнут в ауру врага и начнут разрушать ее, выкачивая айгату и ломая энергетические структуры. Мечник потеряет возможность применять заклятья, ослабнет.

Противник прыгнул прямо в середину защитного кольца и, вместо того чтобы приземлиться на ноги, вонзил клинки в плывущие по груде мусора тени. Сознание резанула боль — оружие поразило духа, отчего тот распался на лоскуты, разорвав круг.