Тени Тёмного Ветра

И среди этой подвывающей толпы медленно бежала огромная туша, покрытая буграми мускулов и неровно наросшими клочьями бородавчатой шкуры. Тролль. Орудуя огромной дубиной, грубо сделанной из небольшого дерева, эта тварь то и дело приостанавливалась, дабы в два-три удара выбить очередную дверь, а затем двигалась дальше.   – Конрад, бросай её, они близко! Да твою же мать!   Он понимал, что подельник не бросит свою женщину. Упёртый сукин сын. Идиот. Тупица!   Вскинув лук, Дитер начал посылать одну стрелу за другой.

Двадцать пять в колчане. Двадцать пять смертей.   «Лети, подруга, ищи мясо. Найдёшь – крикни чужим голосом» – всплыла в уме поговорка егерей с Северного Рубежа.   Да, она здесь как нельзя кстати. Уже первая из стрел вырвала у воющей толпы вскрик боли, а затем от общей массы отделилась небольшая группа и ринулась к их дому.   – Конрад!..   – Ну же, милая. быстрее! – Конрад приник губами к виску жены, обнимая её свободной рукой.    Между тем показался ребёнок. Феодосий запнулся на полуслове, так и не договорив очередной стих.   Молочно-белая кожа младенца мягко мерцала, словно подсвеченная каким-то внутренним матовым свечением. Сморщенный и маленький, он медленно выбирался из чрева матери, словно не желая увидеть мир.   – Боги милостивые, – вырвалось у святого брата против воли.   – Что такое? – Конрад дёрнулся, сместился, дабы посмотреть, и побледнел. – Ох…   – Иди, помоги другу! – Понимая, что нужно хотя бы дождаться окончания родов, а уже после принимать тяжёлое решение, Феодосий зло мотнул головой.    С трудом высвободив руку из хватки женщины, Конрад кивнул и побежал ко входу, принимаясь поправлять и укреплять грубо и наспех созданную ранее баррикаду.   – Ну же, давай, поторопись, – увещевал святой брат роженицу.   – Конрад, они… – крик с крыши резко оборвался.   И всё же ребёнок оказался на воле раньше, чем они боялись.    Громкий крик возвестил о рождении новой жизни ровно в тот самый момент, когда в заколоченные окна начали с хрустом врезаться кривые клинки, а дверь треснула от могучего удара тролльей дубины. Конрад, который рукоятью топора наносил удары через широкие щели в досках, отгоняя от окон подвывающих псоглавцев, резко обернулся.   Святой брат держал на руках совсем небольшую девочку, чья молочно-белая кожа всё так же мягко мерцала.