Тени Тёмного Ветра

   – Помогите, пожалуйста! На нас напали! – Янек, старый кашевар, чуть не выронил половник, которым помешивал в котле, и приподнялся со своего чурбачка, исполнявшего роль табурета.   Из-за поворота дороги, того, где должен был быть дальше мост, к ним бежали двое девиц, да к тому же одна тесно прижала к груди громко рыдающего ребёнка.   – Это ещё что?! – Мужики из Жешува, что были заняты расчисткой дороги, побросали заступы и волокуши.   – Помогите, там колдун на нас напал! Там наши друзья! – Сакра бежала, задыхаясь и едва сохраняя в себе силы удерживать плачущую малышку, от крика которой едва не разрывалось сердце.

   – Там моя сестра! – вторила ей Герда и, споткнувшись, покатилась по земле.   – Мужики, айда! – Божидар, сын жешувского головы, подхватил топор, которым обтёсывал брёвна для свай.   За ним ринулись ещё три десятка мужиков, дедов и молодых парней, что собрались на расчистку.    Извернувшись, Горцуг в очередной раз поднырнул под брюхом у лошади, явственно ощущая тяжесть копыта, пролетевшего в полупяди от его собственного затылка, и с силой обрушил удар кистеня на колено всадника. Хруст коленной чашечки потонул в диком вое боли наймита. Отпустив ремень и оставив оружие болтаться на запястье, ворохват с силой вцепился в ремень не успевшего прийти в себя врага, и рванул того на себя, и сам заваливаясь на землю, но тем самым вытаскивая его из седла. Сцепившись, оба покалеченных мужчины покатились по каменистому склону.   – И сказал Акрат, первый из апостолов… «Не убоюсь я зла, ибо будет покарано рукою закона!» – Феодосий хрипел, растрачивая дыхание, но продолжал цитировать священные книги.   В какой-то момент боя он задохнулся от пламенной волны, что прошлась по его телу, наполняя усталые и тяжёлые руки новой силой. Раны мгновенно открылись, заставляя ткань набрякнуть алой тяжестью, но он этого словно не ощущал. Неумелые взмахи его меча позволяли раз за разом парировать удары наёмника, но мастерства, истинного мастерства, бог закона ему не дал, одарив лишь толикой своей силы. Но и этой силы ему хватало, чтобы отражать атаки преступного врага.   – «И равен всякий перед взором моим, будь то властитель или бедняк, ибо мои очи есть очи Крылатого!»   Его крик воодушевлял и придавал сил.