Тени Тёмного Ветра

Да! Да, удача! Это точно он! С трудом взяв себя в руки, Горцуг дождался, пока фигура скроется за тихо скрипнувшей дверью, а затем вылез наружу и, спустившись наземь, двинулся вперёд.   Прокравшись к самой стене и замерев между окном и дверью, он осторожно потёр порядком замёрзшие и обветренные чердачным сквозняком уши, а затем стал напряжённо вслушиваться, стараясь уловить что-то из происходящего внутри.   – …тут вот деньги… – послышался характерный звон, – …вы будете.

Документы выправить…   – …Циммерман? – Если первый голос был явно стариковским, то второй оказался грубым и деловитым.   – Господин, это… в наших краях… похожи немного…   – Плевать. Давай сюда грамоты все, мне ещё…   Голоса немного приблизились, но чётко расслышать все детали разговора было всё так же затруднительно.   – Не беспокойтесь… в Курхенлаце карета…   – Отлично, тогда давай сюда всё и я пойду. Недоброе у меня что-то ощущение.   Послышались приближающиеся шаги. Горцуг, коротко и негромко выдохнув, сунул руку в петлю кистеня и вытащил его, дабы нанести удар сразу же, едва появится возможность.   Дверь осторожно приоткрыли, словно собираясь сначала выглянуть наружу – и в тот же миг ворохват толкнул её мыском сапога в торец, распахивая шире, а затем рванул вперёд.   – Что…   Договорить выходящий не успел – едва Горцуг увидел замешкавшегося на пару мгновений мужика напротив, как грузик кистеня описал широкую дугу и врезался Бюлгену прямо в лоб, рассекая кожу до кости. Массивный мужик едва ли не моментально осел, отпрянув назад, и начал медленно сползать по стене. Однако радоваться успеху было рано: едва проём освободился, как ворохват увидел сухого старика, который сопровождал известного грабителя до самого выхода, держа при этом на всякий случай арбалет. Быстро вскинув своё оружие, подельник тут же нажал на спусковую скобу. Арбалетный болт моментально преодолел разделяющие их пять шагов и Горцугу пришлось в невообразимом акробатическом прыжке уходить с линии его траектории, но, увы, не полностью. Жадный металл наконечника вспорол крепкую куртку и по касательной впился в плоть, глубоко взрезая кожу на боку, а после улетая куда-то на другую сторону улицы.