Будни имперских диверсантов

Убивать бывших коллег, которые на службе и просто выполняют свой долг – это как-то не по-товарищески. Я мог бы попытаться ударить страхом. В конце концов, в империи отличные мозгоправы, думаю, им удалось бы потом привести пострадавших в порядок. Но экспериментировать с этим в присутствии друзей и любимой было бы чересчур расточительно. Друзей у меня мало, а любимая и вовсе одна. Так что мы безропотно позволили себя связать. Мне, дополнительно, еще и наручники нацепили. Шеф, правда, пытался возмущаться и протестовать, но, получив по ребрам, успокоился:

- Я тебя запомнил, рядовой, - мрачно глянул он на инициативного служаку.

– Как только это недоразумение разрешится, я позабочусь о том, чтобы ты навсегда рядовым и остался. И служить ты будешь где-нибудь на каторге, раз такой резвый.

Напугать стражника у него, правда не получилось. Только дополнительных синяков заработал. А вот я начал потихоньку сомневаться, что это недоразумение разрешится быстро. Господин Альер, поднявшись из-за стола, не торопясь подошел ко мне и влепил пощечину.

Уклониться не вышло – двое стражников держали крепко.

- Терпеть не могу грабителей и самозванцев, - пояснил свои действия для стражи мэр, а потом наклонился, и шепнул мне на ухо:

- Привет тебе от семьи Сенней, ублюдок. Я позабочусь о твоих дружках и шлюшке, но ты этого уже не увидишь.

Отвечать я не стал – в этот момент как раз смотрел на леди Игульфрид. Я очень опасался, что ведьма пойдет в разнос, но сквозь ярость на ее лице заметил проступающую панику и изумление.

Точно такие же чувства наблюдались и у Свенсона. Точно. Как-то упустил этот момент, но такие же браслеты, как у меня, красовались на руках ведьмы и некроманта. Очень интересно – стражники явно знали, к чему готовиться. Даже про меня, а ведь то, что я пусть и не маг, но могу оперировать колдовскими силами, известно очень узкому кругу разумных. Возникает ощущение, что нас тут ждали. Пока я размышлял, нас вытолкали из кабинета, и вывели на улицу. Там уже ждал экипаж с каретой – в ней нас и повезли в городскую тюрьму.

Обсудить сложившуюся ситуацию не получилось – сопровождавшие стражники тщательно следили, чтобы мы не болтали, все попытки говорить, пресекали тумаками. Радовало только, что Ханыги с нами не было. Гоблин умеет быть совершенно незаметным, особенно в людных местах. Думаю, это какая-нибудь врожденная способность всего гоблинского вида.