Будни имперских диверсантов

Правда, чуть не забыли прихватить капитана, но леди Игульфрид, лучше всех сохранившая хладнокровие, напомнила. Так что пришлось ненадолго задержаться – шеф выволок офицера, да я еще нашел тех двух охранников, что вели меня на убой в камеру к банде Поваренка. Все трое были без сознания, так что их пришлось тащить на себе, но только до той самой кареты, в которой нас привезли в тюрьму. 

Сначала направились в сторону мэрии – очень хотелось прихватить еще и господина Альера, пока он не успел замести следы своих художеств с обмундированием и оружием для сформированных отрядов.

Однако планы пришлось поменять. Сначала было не слишком заметно, но чем ближе мы продвигались к центру города, тем больше народу спешило навстречу. И разумные не просто спешили. Они натуральным образом бежали, и на лицах у них была паника. Пришлось остановить карету, и поймать первого попавшегося беглеца. Человек, судя по всему, лавочник, никак не мог сообразить, что от него требуется, и почему ему не дают спасаться. Пришлось дать пару пощечин, и только после этого в глазах у беженца забрезжили какие-то проблески разума:

- Нападение! На город напали! Чужаки взбунтовались, и пришли грабить! – почувствовав, что хватка шефа от удивления ослабла, прохожий вывернулся и убежал дальше. А я, не ожидая новых указаний от шефа, направил экипаж к въезду в город. Всем пассажирам кареты, кроме тех, кто находился без сознания, было до ужаса любопытно, что за враги пришли в город, и откуда они взялись.

Даже если предположить, что вражеская армия все-таки прорвалась через перевалы, оказаться здесь, в глубоком тылу так быстро они никак не могли.

Впрочем, эта загадка разрешилась довольно быстро. Передовые отряды противника мы встретили уже через несколько минут. Никакой вражеской армией здесь, конечно и не пахло. В город вошли те самые диверсионные отряды, с которыми мы должны были перерезать коммуникации человеческих полков и затруднять их наступление на крепости империи.

 

Мы как раз двигались по одной из центральных улиц. Основная волна беглецов уже схлынула, так что я даже позволил себе подхлестнуть коней – до этого карета едва двигалась, обтекаемая с двух сторон толпой граждан Подгорного. Однако разогнаться как следует не получилось – раздался залихватский свист, и из переулка высыпал десяток наемников, надежно перегородив проезд.

- Извольте покинуть карету, господа хорошие, - вполне вежливо попросил десятник.