Левиафан. Проклятые земли

Ведь все это время он упивался чувствами других, смертных, он сам не участвовал ни в каких интригах, скорее просто плыл по течению и с интересом глядя на происходящее. Когда-то, очень давно (или как раз наоборот – в далеком-далеком будущем) Аудун знал одного такого бога. Он был из этих мест и сильно отличался от Регина, буквально всем, но в одном они были схожи – умением находить искренний восторг в наблюдении за смертными. Вот только тот, другой, не просто наблюдал, а копировал, притворялся, постоянно становился кем-то.

Потому что не знал – кто он сам.

Резкий порыв холодного ветра ударил в лицо Аудуна, мгновенно высушивая кровь и влажную грязь. Он взглянул вверх и с удивлением обнаружил рваную прореху в пелене низких облаков. Прошло несколько мгновений и серый саван окончательно расступился, дав дорогу глубокой прозрачной синеве, в центре которой весело заблестел золотой диск.

Аудун смотрел прямо на солнце, не боясь повредить глаза. Ему такие мелочи были не страшны, даже сейчас, когда часть его сил все еще дремала где-то в глубине мятежной сути.

Может статься, здесь он вовсе не мог пробудиться полностью, следуя каким-то древним, по-настоящему незыблемым законам Вселенной.Воин уже давно понял, что этот мир гораздо сложнее, чем ему представлялось вначале, когда он еще был смертным. Давно. Очень давно.

Неожиданно он вспомнил ночь после взятия Арендала. Они потеряли многих воинов и в небольшом заливе за городом Лейв провел для них прощальный обряд.

Для тех, за кем не приехали родичи. У кого-то их попросту не было, а кто-то жил слишком далеко, чтобы вот так легко сорваться за сотни варов. Но весть разослали всем, о ком знали, так у нордманов было принято.

Снорри, седовласый воин, что прошел с Эйриком весь путь от смрадных казарм занюханного Йёвика, о котором здесь никто и не слышал, до резного деревянного трона, убранного шкурами волков и медведей, в бражном зале Тёнсберга. Он был много старше конунга и тот не скрывал, что Снорри не просто его ближайший хускарл, но и наставник.

Снорри славил асов, как и большая часть погибших под Арендалом хирдманов. Для них в городском порту нашли несколько снеккаров, уложив туда вместе с доспехами, оружием и процентом от добычи, взятой в городе. Другую, меньшую часть воинов, которые славили ванов, положили в землю, выкопав глубокие ямы на берегу, а затем обложив их валунами, имитируя вытянутый силуэт нордманского корабля.