Левиафан. Проклятые земли

Воин выполнил пируэт и довершил начатое, отделив львиную голову твари от ее уродливого тела, которое, фонтанируя черной маслянистой кровью, еще мгновение стояло на растопыренных лапах, а потом завалилось на бок и скатилось в канаву. Там оно вновь воссоединилось со своей головой, так и не сомкнувшей ни глаз, ни пасти.

Он поднырнул под удар скорпионьего хвоста, вонзил клинок прямо в морду следующего чудовища, развернулся, уходя от клешни и с жутким хрустом выворачивая меч из смертельной раны. Нанес продольный удар из полуприседа, перерубая передние лапы еще одного монстра и тут же обезглавливая его молниеносной дуговой атакой.

Аудун слышал звуки боя за своей спиной, на мгновение он даже позволил себе обернутся, хотя сам до конца так и не понял зачем. Неужели в этот миг его внезапно взволновали судьбы тех воинов, что бесстрашно следовали за ним? Когда-то он позволял себе подобные чувства, но те времени давно канули в небытие. Времена, когда за ним кто-то шел из уважения, страха или благоговения.

И вновь он отметил, что земля нордманов дурно на него влияет.

Он видел, как Лейв что-то прошептал и выбросил перед собой руку, метнув в сторону наступающих мантикор пригоршню серой пыли. Пролетев меньше полугейра, пыль воспламенилась яркими золотистыми искрами, и каждая такая искра, касаясь чудовища, прожигала его плоть насквозь, нанося смертельные увечья.

Потом шаман ловко увернулся от направленного ему в голову хвоста, ударил атакующую мантикору скрамасаксом в основание шеи, развернулся и вновь что-то зашептал, но в этот раз ничего не выбрасывал перед собой.

Он начертил в воздухе рунический знак, причем за быстрыми резкими движениями пальцев следовала полоска бело-золотого света, так что знак на несколько мгновений будто застыл в воздухе. Как только он закончил рисунок и произнес последнее слово, перед ним прямо из воздуха вырвался конус энергии, которую можно было отследить лишь по дрожанию затхлого воздуха. Сразу три мантикоры, попавшие в зону поражения, разорвало на черные маслянистые ошметки.

Но потом Лейв, ощутимо сбивший дыхание, стал уворачиваться сразу от двух мантикор, которые атаковали одновременно, будто специально не давая ему ни мгновения, чтобы сфокусировать энергию и прочесть заклинание. Вовремя подоспевший Аудун пронзил грудь одной из мантикор, а второй распорол спину, тогда как эриль, почуяв неожиданную поддержку, вновь рванулся в атаку и ударил монстра в область виска, с хрустом ломая костяную пластину и вгоняя боевой нож по самую рукоять.