Повесть о Серых Крыльях: Буревестник

- Да че ты бесишься?! – Возмутилась белокурая сверстница мальчика, на которую тот налетел и, оттолкнув оного, с изумлением пояснила: - Марик шутит!

Занятия уже закончились, но время ужина еще не настало, а посему добрая полусотня учеников, не желающих возвращаться в душные комнатушки, по привычке заполнила двор своими черно-красными силуэтами и коротала время как могла. Некоторые разбились на кружки и беспечно болтали с единомышленниками, некоторые меряли шагами двор, а некоторые удалились на край площадки и в гордом одиночестве перечитывали книжки из местного кладезя.

Пока новички, сбившиеся у окраин, тревожно и молча поглядывали на местные устои, старшие расслаблялись у фонтана, втихаря попивая, невесть откуда взявшееся, вино. Их малость раздражало, развязавшееся под рукой, представление, привлекающее излишнее внимание и зевак, но ввязываться они не хотели, предоставив данное удовольствие своему, презирающему инакомыслие, одногодке. А почему бы и нет? Вроде весело, да и поучить выскочку уму-разуму не помешает. Все когда-то были такими важными, умными и непохожими, пока не выхватывали священных звездюлей.

…- А стройный стан был закован в легкую броню. Прекрасная и беспощадная. Она скользила во тьме, подобно…подобно… - Продолжал чтец, но его вновь прервала очередная атака мальчугана. Парень вновь уклонился и раздраженно оттолкнул назойливого владельца рукописи, подпрыгнувшего за кипой листов. Новенький упал на утоптанную землю, но тут же вскочил и, побледнев от ненависти, сжал кулаки.

Рослый уловил сие краем глаза, но виду не подал, лишь выразительно докончил: - …Подобно лепестку, а враг бежал, завидев лишь блеск ее клинка. Хм, хрень если честно…

- Ох, простите! Свиньям, вроде вас, только гавно подавай! – Ядовито ответил мальчуган, у которого терпения уже, попросту, не осталось. Он и до этого срывался, за что его щедро и грамотно охаживали, но этой раз был последним. Если бы ему дали нож, то он бы без зазрений совести заколол бы подлеца, стоявшего перед ним.

- Хах, - Ощерился от такой наглости старший, - да ты угомонись, дурачок. Я же для тебя стараюсь! Какое же творчество без здравой критики? Я даже разжую для тебя! Враги –  отсталые, подача – унылая, героиня – чушка...

Юный писатель с криком накинулся на критика, но тот его нехило подставил, оставив вместо себя иллюзию. Мальчишка заехал кулаком, ничего не подозревающей, ровеснице брюнета, которая тут же отплатила, ошалевшему от сотворенного, драчуну.