Игра на эшафоте. Книга 1 трилогии "Летописец"

Я много в тебя вложил и верю, что ты мог бы стать достойным правителем, но чтобы твой отец разглядел твои достоинства, не вставай у него на пути. И не приходи завтра на казнь!

—Я приду, — настойчиво и горячо заявил Алексарх. — Не проси меня прятаться!

—Тогда дай мне силу пройти через последние минуты с надеждой, что ты продолжишь моё дело.

—Я не забуду твоих заветов, друг мой. Прощай!

—Прощай, Алексарх. Я благословляю тебя!

Когда железные двери захлопнулись за спиной, Алекс бросился бежать по ступенькам, не разбирая дороги.

Он не помнил, как оказался в своих комнатах, откуда не выходил весь вечер, оплакивая ещё живого мертвеца.

***

Плаха, установленная на эшафоте, торчала как одинокий зуб во рту; палач осматривал отточенный топор, словно ища дефекты. Рик промёрз в подбитой мехом куртке, но уйти с Волхидской площади не желал. Он видел белого как снег Алексарха с покрасневшими глазами — принц обычно держался от казней подальше.

Сегодня ему придётся нелегко, однако Рик на его месте тоже любой ценой проводил бы наставника в последний путь.

Король на казнь не прибыл — зеваки разочарованно переговаривались на эту тему, разглядывая других знатных господ. Среди присутствовавших были Холлард Ривенхед и Энгус Краск на лошадях — они держались в стороне, словно просто проезжали мимо. Большинство же знатных семей предпочли проигнорировать казнь бывшего королевского фаворита. Только барон Ворнхолм, занявший место Мирна во главе Судебной Палаты, стоял у эшафота, наблюдая за действиями палача.

Рик вспомнил, как Мирн когда-то приказал казнить Самуила-Данника, но сейчас он был не в силах злорадствовать. Смерть уравнивала всех — и еретиков, и преданных эктариан.

«А есть ли вообще разница?» — цинично подумал Рик. Сначала эктариане жгли книги зарианцев, потом еретики — книги и иконы эктариан, и все с верой в свою правоту рьяно убивали друг друга.

За последние месяцы Рик много думал о различиях между эктарианами и зарианцами, об истине и лжи. Он боялся делиться соображениями с кем-то — вдруг это просто наивный бред и невежество? Ему часто начинало казаться, что все эти различия люди придумали ради обогащения и наживы. Ведь Бог у всех один, все чтут Декамартион, все читают одни книги, пусть и на разных языках, так почему надо убивать ради веры? Одной и той же веры.