Игра на эшафоте. Книга 1 трилогии "Летописец"

Когда-то Райгард спрятал его — Айварих недавно обнаружил книгу в тайнике в своих покоях. До недавнего времени он хранил её у себя, но на днях принёс, запретив читать.

Стук повторился. Ивар открыл дверь, незнакомая худая девушка протиснулась в открывшийся проём. Ивар удивился — откуда она тут? Судя по платью, она присутствовала на свадьбе. Эту свадьбу Ивар сегодня видел как наяву: Истинная Летопись описала ход церемонии и перечислила всех гостей. Интересно, есть среди них имя этой девушки?

—Прошу прощения, господин Краск, — девушка пристально смотрела на него.

Ивар смутился. — У меня к вам дело.

—Что вам надо? — резко спросил он. — Сюда запрещено приходить!

—Я ненадолго, — она вопросительно посмотрела на Истинную Летопись. Поскольку Ивар закончил на сегодня, обложка надёжно укрывала лист волшебного пергамента. Странная девушка сверлила Летопись глазами, словно спрашивая её о чём-то. Ивару стало не по себе.

—Убирайтесь, — потребовал он.

—Если я уйду, не сказав, зачем пришла, то сюда придёт принц Алексарх, а ему и без того плохо.

—Алекс? — вырвалось у Ивара. — Идёт сюда?

—Придёт, если вы меня не выслушаете.

Ивар растерялся. Алекс отказался от их любви из страха перед гневом Божьим. Ивар принял это решение, но как заставить себя не любить? Ивар не мог и нашёл другой путь: уйти в небытие. Жаль, что Истинную Летопись перенесли во дворец, — жизнь вдали от людей быстрее помогла бы всё забыть, а так... Стоит имени Алекса появиться на страницах Истинной Летописи, как вспоминаются голубые глаза — вечно печальные и правдивые, — светлые с медным отливом волосы, которые Ивар любил крутить на пальце.

.. Мысли стали совсем уж непристойными, и, ощутив шевеление в паху, Ивар одёрнул себя — хватит! Это в прошлом!

—Как вас зовут? — спросил Ивар.

—Самайя Бадл.

Это имя он помнил — фрейлина Катрейны. Она жила одно время в доме дяди Энгуса. И она была любовницей Дайруса — в день назначения летописцем Ивар почти не спал, записывая события. Король потом очень внимательно их прочёл. Тогда, да и сейчас, Летопись называла её имя, зато её дядю не упоминала вовсе.

Забавно, он так много о ней знал, но видел впервые. А дядя Энгус в курсе, кого привёл в дом?

Самайя тем временем обежала взглядом небольшую комнату и остановилась на открытой рукописи на столе. Ивар поспешно захлопнул книгу в коричневом кожаном тиснёном переплёте с металлическими уголками и закрыл её спиной.

—Послушайте, Самайя... — он с трудом выговорил непривычное имя.

—Зовите меня Мая, — перебила она.