Прокачаться до сотки

— А ты изменился, Адам, — задумчиво тянет Эдем, глядя на брата.

— Меня зовут Всеслав, — бурчит тот.

— Не важно, ты только что извинился перед человеком, никогда такого не было.

— Я думаю, это из-за его человеческих жён… — договорить Витёк не успел, полетел в дерево. Мне, кажется, ему нравится это делать. Ну вот чего рот раскрывал? Хряпнувшись об лесину, сполз вниз по стволу и замигал одним процентом жизни. Бросаюсь к нему.

— Витёк, ты живой?

— Кажись да, — с трудом поднимается на ноги. — Достижение дали.

— Какое?

Внимание. Вы получили достижение «Лесной суицидник»

Хорошо летаешь. Теперь при ударе о ствол любого дерева, регенерация здоровья 1000 % на десять секунд. Ноги не должны касаться земли.

Полоса жизни над головой Тихони быстро ползет вверх. Оборачиваемся на спорящих братьев, Эдем заметив это, подмигивает. При этом продолжая наезжать на брата, за то, что тот не рассказал ему о новых жёнах. В общем, если коротко, то наш из-за них стал более человечным и как бы добрее что ли. Вон и Витьку не прибил, а только стукнул для профилактики.

А тем временам, Всеславу надоело оправдываться и он опять принялся наезжать. В общем, приятного мало. Оказывается, эльфы могут открыть дорогу в этот мир своей богине. А та ещё та стерва и не захочет терпеть кого-то, кто даже равен ей, не то, что Эдема. Так что жить ему недолго осталось.

— Это мой мир, — гордо вскидывает голову тот, — никто не сможет победить меня здесь.

— Я могу, — усмехается Всеслав.

— Ты Хранитель, при этом рождённый, как и я здесь, — пожимает плечами Эдем. — Вы Хранители прирождённые воины, но остальные сидят в своих мирах. Один ты шляешься, где не попадя. И то только потому, что ты бежал от наказания, за своё преступление.

— Что было, то было, — вздыхает Всеслав. — Зато я стал на порядок сильнее, чем был.

— Ну вот видишь, — кивает Эдем. — Если остальные слабее тебя, то даже Хранители не смогут меня одолеть.

— Так нет никого больше, — Всеслав как будто осунулся весь, — мы последние. Ты, я и Лилит, — и обернувшись к нам, пояснил. — Я про Хель.

Ой, как интересно. Оказывается Хель, раньше звали Лилит. Не наводит на мысли? Лилит, Эдем и Адам. Тихоня открыл рот, но я тут же закрыл его рукой. И зло прошептал:

— Витя, если ты сейчас про Еву спросишь, я тебя сам прибью, чтоб не мучился.

Тот дёрнулся, взгляд стал удивлённым и подёрнулся дымкой раздумий.