Торлор

У него было множество граней, не очень правильной формы, да и весь он при ближайшем рассмотрении, не был похож на шар, скорее сфера с множественной, переменной высотой.

Трость. Странная и интересная. Рукоятка была выполнена в форме головы ворона, с острейшим длинным клювом, выступавшим за край ладони сантиметра на четыре. Впереди на рукояти был изображен череп быка или буйвола, с загнутыми наверх рогами. Между рогами, прямо наверху, был крест. Держа рукоять в руке, получалось, что крест был виден сверху, ладонь его не прикрывала.

Немного отдалив от себя этот тяжелый набалдашник, выполненный из бронзового металла, я понял, что он очень сильно напоминает боевой молот в уменьшенном размере.

Палка трости тоже была странной, очень легкой, но было видно, что это тоже металл, с узорчатой, замысловатой гравировкой. Небольшой четырехгранный шип, внизу палки, по всей видимости, был предназначен для устойчивого опирания. Трость была, старой и точно представляла собой, коллекционную ценность.

Что-то ухнуло, внизу моего живота.

Постепенно, свет вокруг меня начал меркнуть. Обзор становился все меньше и меньше, поэтому подхватив сферу, я побежал в сторону выхода. Накатило чувство страха. Ощутимая волна ужаса прошла через меня, заставив запаниковать, и покатилась дальше, сбивая лежащую вокруг пыль.

Читая свою охранную мантру, я бежал, понимая, что не успеваю.

Дибибедибебеказажажаокаиадивакааиаоякалаквлакакямамамузалвятсвнал.

Дибибедибебеказажажаокаиадивакааиаоякалаквлакакямамамузалвятсвнал.

Дибибедибебеказажажаокаиадивакааиаоякалаквлакакямамамузалвятсвнал.

После третьего раза, я споткнулся и рухнул на пол. Правую руку, что держала трость, пронзило острейшей болью, почти дошедшей до сердца. Мой мотор на секунду, сбился с ритма, пропуская пару ударов, и лихорадочно заработал, когда резким толчком холодный шар, что я прижимал к груди, взорвался, сминая мои внутренности, и выбивая из меня сознание.

Очнулся я от отвратительного скрипа, металла по камню. Меня тащили за ноги, сжав ступни так, что я их почти не чувствовал.

Скрип издавала трость, в которую я вцепился мертвой хваткой. Это был даже не скрип, а ультразвук, разрывающий мои барабанные перепонки. В голове, резко все прояснилось, от одной мысли, что меня что-то тянет. Сердце бешено забилось, когда я резко согнувшись в поясе, наотмашь ударил клювом ворона, в размытое пятно, у своих ног.

Снова резануло по ушам, только уже, сильным рыком, раненного зверя.