Бессмертные Война

    Я украдкой огляделся, но Лоос куда-то удалилась вместе с Лоринн и, скорее всего, не видела пикантной демонстрации пришедшего в себя Истинного Вечного.

–  Я попрошу поискать твоё оружие, Уфир. Но, скорее всего, оно там же, где и отправленные тобой за грань Дети Ночи, – попытался я хоть как-то успокоить раздосадованного демона.

 – Пекло! Эскул, этому топору лет почти столько же, сколько и мне! Подарок отца…

    Я философски пожал плечами.

– Извини, как-то не подумал о сохранности столь памятной вещи, когда решил отправить эту долину за Грань, – мои слова оторвали от гигиенических процедур Термоядерную Ведьму.

– Что, что ты сделал? – Инфа от любопытства, чуть не опрокинула бадью с водой.

– Если коротко, то попытался открыть для Астральной бури проход в реальность, нарушив Грань с помощью перенаправления хаотичных потоков маны. Я ещё сам не понял до конца структуру этого процесса, Инфа. Потом разберём подробнее. Может, что подскажешь. Ты ведь в архитектуре Астрала тоже кое-что смыслишь? – вспомнил я рассказ Ведьмы об испытании у Озера Возрождения.

– Не знаю, Первый, разве что умозрительные наблюдения. С выводами мне помогала эфери Габар. Вот бы кто тебе пригодился! Кстати, ты так и не ответил, где мы?

– Да, Эс. Где? – присоединился к вопросу Уфир, выглядящий вполне прилично, но не для демона, а для портового грузчика. Заметив мою гримасу, он расправил складки на длиннополой полотняной рубахе, – у дроу, наверное, нет подходящей одежды моего размера?

– Это на первое время, демон.

Я уже дала указания моему портному. К вечеру достойная тебя одежда будет готова! – на галерее вновь появилась моя альва, успевшая переодеться в новое платье, от покроя которого мой пульс стал чаще минимум вдвое. Сопровождала её, почтительно отстав на два шага глава Дома Дубовых Листьев.

– Ло!!! – завизжала как девчонка Термоядерная Ведьма и кинулась на шею Тёмной Королеве. Дёрнувшейся было от дверей охране Лоос сделала успокаивающий знак рукой, другой же ласково обняла новообращённую.

Инфа, опомнившись, смутилась, отступила на шаг и слегка поклонилась, – прости, Богиня, я испачкала тебя, – на великолепном серо-белом платье Лоос, украшенном жемчужной вышивкой по краю умопомрачительного декольте остались несколько мокрых пятен и песок из всё ещё грязной рыжей шевелюры.

– О, не стоит беспокойства, дорогая, – Лоос небрежно провела ладонью, за которой тянулся едва видимый шлейф чёрного тумана, и ткань платья снова засияла безупречной чистотой.