Хранитель. Кайдан Дуфф 3

И решил попросту прекратить бесплодные метания. И сходить порыбачить для окончательного приведения мыслей в порядок, ибо ничто так не способствует созерцательной чистоте ума, как утренний лов, в этом он был искренне убежден.

Озеро, в котором давно толком никто не устраивал лова, наверняка полно рыбы, раков и мидий-перловиц. Дин и сам страстный рыбак, с удовольствием предвкушал большую рыбалку, рассчитывая не только наготовить после свежей ухи на обед и печеной в углях на ужин, но и заготовить впрок, благо вокруг сотни засохших стволов, годных на щепу для копчения.

Яблони, вишни, черешни и прочие фруктовые деревья. Бессчетные сады Тармы давно пора чистить, прореживать, высаживать новые саженцы. 

Речки и горные озера Тавриды богаты рыбой. Речная форель, хариус, голец, щука, плотва. Мелкий, но такой вкусный окунь. Еще вчера Дин опытным взглядом приметил, как играет рыба в прозрачной воде озера.

Рыбы так много, что и без сетей и еще не готовых лодок, которые сейчас со всем старанием и в спешке строят прямо на берегу, можно надергать с удочкой сколько угодно добычи, чем Кердур и надумал заняться, пока все спят.

Осталось прихватить снасти, садок и большой мешок из рогожи, чтобы было в чем улов обратно нести. Винтовка, пистолеты, кинжал и топорик за спину – это без обсуждений, пограничье диктует свои законы. Осталось мысленно окликнуть Брана, но это не потребовалось, огромный пёс сам проявился из предрассветного тумана беззвучной кудлатой тенью. Бросил один взгляд алых глазищ и потрусил под горку.

- Всё-то он лучше хозяина знает, одноглазый нахал, - пробурчал, пытаясь изобразить недовольство тавр. Но не вышло. Слишком уж Дин привязался к своему верному и геройскому хвостатому другу. – А и в самом деле, чего болтать, пошли уже, - сам себе скомандовал Дин и, закинув удилища на плечо, рванул следом за Браном. Под горку бежать и легко, и опасно, но бродящая в жилах двойная доза – меада и божественного благословения Девы, требовала движения, напряжения всех мышц и просто выплеска нерастраченной силы.

Черныша видно не было. Или спит, или убежал по своим беличьим делам. Дин не стал окликать его по мыслесвязи – будет нужда, тогда другое дело, а попусту дергать белку ни к чему.

Первая поклевка сразу принесла весьма крупную, с золотистыми точками, разбросанными в беспорядке по спине и бокам нежной, словно лишенной чешуи шкуры. 

- Голец.