Ледяной клинок

Интерлюдия в небесах

            Облака плыли далеко внизу, белые и пушистые, похожие на колоссальные сугробы. Целые облачные поля причудливо вращались, точно их размешивали гигантской ложкой. Через них проглядывал Алион – серо-зелено-коричневый силуэт, окаймленный яростной синевой моря. Прозрачный, едва заметный пол не мешал разглядывать эту великолепную картину.

            Появись здесь человек, гном, эльф, тролль или йотун – он бы не оторвал глаз от лежащего десятками миль ниже мира.

            Но смертных здесь не бывало никогда. Серые бликующие стены из гладкого камня образовывали круглый зал размером с людской замок. Потолок вздымался сине-золотым куполом на такую высоту, что орел выбился бы из сил, пытаясь долететь до него.

            А около стен располагались шесть тронов – из камня, дерева, металла, и еще один в центре – очень скромный, больше похожий на стул, вырубленный из цельной скалы.

Если забыть о прозрачном полу, то троны висели в пустоте, над облачными полями и над всем Алионом.

            В стене имелись двери, высокие, из черного металла. Но обитатели окруженного небесами чертога никогда не проходили через них. Они предпочитали появляться прямо в зале.

            Все началось с того, что центральный трон окутался серой дымкой, в ней на миг проступили очертания сидящего старика.

Он поднял руку, на которой сидела огромная хищная птица, и под куполом раздался громогласный звон. От него содрогнулись несокрушимые стены, и хозяин главного престола исчез.

            Бешено взвыл ветер, по прозрачному полу заходили непонятно откуда появившиеся вихри. Из них около трона, сверкающего, точно алмаз на солнце, возник высокий и стройный мужчина в сине-белом плаще, с длинным посохом в руке и белыми, пылающими глазами.

            Очертания его плыли, не давая разглядеть, к какой расе принадлежит пришелец.

Эльфийские кудри уступали место гоблинскому гребню, человеческие усы – гномьей бороде, голый торс уроженца Солнечного острова – белой шерсти йотуна. Иногда фигура и вовсе исчезала, превращаясь в уходящий к потолку хобот смерча или в раскинувшего крылья аиста.

            Постояв мгновение, мужчина ударил посохом, и рев ветра стих.