Ледяной клинок

            Ремиз его выглядел богаче, чем у остальных, его покрывала золотая вышивка. На эфесе висящего у пояса узкого меча посверкивали драгоценные камни, а сапоги были из тонко выделанной кожи, у голенищ покачивались красные кисти.

- Это он, - отозвалась Саттия. – Куда ему сесть?

- Вон та телега пойдет последней, - эльф с седыми висками поднял руку и добавил что-то гортанное на своем языке.

            Девушка улыбнулась, Олен на всякий случай поклонился и изобразил угодливую улыбку.

- Иди вон туда и садись, - повернулась к «слуге» девушка. – С возчиком не вздумай разговаривать, пока он сам не откроет рта. И давай сюда сумки, не потащишь же их с собой.

            Олен с тоской глянул на завернутый в ткань ледяной меч и поспешил к телеге. Краем уха услышал, как Саттия распекает конюхов за то, что ее кобылу еще не оседлали. Эльф-возчик глянул на человека с отвращением, тряхнул косичками и сказал:

- Займи место сзади и молчи.

- Да, - в какой раз за утро сказал Олен, и устроился среди мешков, набитых чем-то округлым и твердым.

            Эльф с седыми висками забрался в седло, крикнул что-то. Захлопали бичи, лошади двинулись с места и телеги поползли к воротам. Олена качнуло, он вцепился в борт, чтобы не вывалиться. Когда восстановил равновесие, они выехали на дорогу и повернули на юго-запад.

            Эльфийские лошади бежали ходко, миля за милей тракта оставалась позади.

По обочинам тянулись леса и поля, иногда встречались селения. Из-под колес летела пыль, солнце палило немилосердно, и редкие облака не умеряли жары. Олену сильно хотелось пить, но он не решался об этом даже заикнуться.

            Когда в очередной раз заехали в лес, показалось, что в кустах на обочине мелькнул знакомый рыжий силуэт.

Но исчез слишком быстро, и Олен не смог разобрать, оцилан это или просто любопытная лиса.

            Дорога выглядела оживленной. Брели пешие странники, бродячие патриусы и сказители. Иногда встречались обозы, мчались разъезды воинов с черно-белым гербом графа Геденского на щитах и туниках. Поглядывали по сторонам с показной суровостью. На Олена и на едущую рядом с его телегой Саттию никто не обращал внимания.