Ледяной клинок

            Дверь оказалась распахнутой настежь, и Олен вслед за Саттией вошел в сладко пахнущий полумрак. Сурово глянул на гостей пожилой служитель, дремлющий на лавочке у входа.

- Что ищете вы здесь? – задал он ритуальный вопрос.

- Помощи и совета, - ответила девушка, и вытащила из кошелька пару медных монет.

            Патриус кивнул, взял деньги, а взамен дал пучок тонких курительных палочек, сладко пахнущих благовониями. Такие палочки, если их потереть, загораются и тлеют, испуская ароматный дымок.

            Изнутри храм выглядел вполне обычно. Перегородки, исходящие от стен, разделяли его на приделы, напоминающие лепестки большого цветка. Их было ровно двенадцать, и каждый посвящался одному из богов, шесть левых от входа – женским божествам, шесть правых – мужским. Посредине располагались статуи Великих Братьев, Владыки Небесного Чертога и Владыки Великой Бездны. Изображающие их два бородатых и суровых старца, облаченных в драные рубища, восседали на тронах.

У одного на правой руке сидел орел, левое предплечье другого обвивала змея.

            Саттия уверенно прошла мимо братьев и направилась в дальний правый придел, где, опустив руку на загривок оскалившемуся волку, стоял Азевр, господин войны, крови и племени.

            Боги Алиона не требовали слишком многого. Обязательным было приношение в канун Нового года, в самом начале весны.

В остальное время человек или эльф мог вовсе не являться в храм, и не вызвать этим гнева небес или бездны. Но за помощью в беде или в серьезном деле тот, у кого хватало денег на курительные палочки, шел в храм и молился тому богу, к чьему ведению относилась проблема. И чаще всего получал помощь, хотя и не всегда.

            Были еще обряды специального воззвания к богам, вроде того обращения к Акрату, что защитило Олена.

Но они использовались нечасто, только в час крайней нужды, когда не до того, чтобы искать святилище или патриуса.

- Владыка копий, - сказала Саттия, потирая кончик одной из палочек, - обрати слух к моей молитве… 

            Палочка исторгла струйку дыма, запахло сладким. Девушка воткнула ее в одно из отверстий на специальной подставке перед статуей, рядом с огрызками истлевших палочек и одной свежей.