Дорогой панцирной пехоты

Многое говорил его барабан и не выдержал старший наследник Абдул Каменный. Медленно, словно уголь в кузнечном горне, разгорался его гнев, но и угасал только залитый кровью обидчика. Кони уже не могли пройти по телам, и потому его личный отряд его гвардейцы спешились и, сомкнув ряды, пошли в атаку.

Изломанны были уже щиты северян, переломаны их пики и всех хоть раз коснулось наша сталь. Но вновь раздалась короткая барабанная дробь, и в последний раз медленно и тяжко шагнул вперед их отряд. Страшен был тот последний бой, долго они держались, пока не сломалась стена щитов.

Наше же войско заплатило за эту победу еще тысячей воинов и там погиб первый наследник.

После мы надолго задержались в долине. Надо было почтить огненным погребением сотни потомков славных родов и хотя бы просто оттащить подальше тела простых воинов. А я своими глазами видел, как личный врач султана, благословенный Мелик-эл-Лакун, вдруг упал на колени рядом с той фурией, что убила Сухорукого Махмуда.

И вопрошал он небеса, как же вышло, что врач, каких небо посылает раз в тысячу лет, умерла лютой смертью. И проклял он наш поход, и вел горькие речи, что не вернуться нам в родные степи и пустыни, ибо неугодны мы Священному Огню, ведь даже эта ангел врачевания подняла на нас оружие.

Потом мы брали переправы на Эльбе. Мы прошли их, но дорого за это заплатили, а на равнинах нас уже ждали. В той битве я был оглушен и взят в плен, а затем попал в каменоломни.

Уже в них я узнал, что те, кто взяли с нас в Горле Степи такую цену, были просто наемной ротой... И тогда я потерял покой! Все эти три года я вспоминал, как они бились и как полегли... Я пытался понять, что вело их? Почему наемники остались на верную смерть? За ЧТО они дрались там?!

Месяц назад мне во сне явился старый друг. Он был десятником в 'грязной сотне'. Еще в те времена, когда я сам водил десяток.

Не надо смеяться, даже в грязи бывают друзья.

Был он вашей веры и своих людей подобрал из таких же.

Как-то, когда мы драпали, кто-то должен был остаться и дать время остальным. Вызвался он и его люди. Он явился мне во сне и сказал: "Ждут героев ангелы рая". Я долго думал над его словами и понял, если ваш Бог не принял тот отряд, то не Бог он, а шайтан. Но разве за шайтана будут так сражаться? Нет!!! Я знаю - я видел!

Вы спрашиваете, готов ли я отринуть духов огня и принять вашего Бога? Да, я готов.