Алерния. Сестра

Сказал, что бог един, а семеро - это лишь его разные облики.

От одного невельского капитана, который при ней спорил о чём-то ей непонятном со шкипером другого судна, Нелла узнала, что того умного вскоре казнили, но нашлись у него последователи. И не только среди церковников или простолюдинов, но и среди дворян, монархов и даже императора одной из четырёх континентальных империй.

Вика, в отличие от Неллы, прекрасно понимала, что такие споры, как правило, заканчиваются всегда большой кровью.

Поэтому, не была удивлена тем, что та, давняя, религиозная война оказалась очень кровавой и длилась почти восемьдесят лет, с небольшими перерывами.

В результате той страшной войны, империй на континенте осталось три, десятки королевств исчезли, десятки новых королевств появились, возникли вольные города и даже две республики. А вместо семи богов, остался Единый.

И, чтобы не выделяться белой вороной, ей завтра, вместе с Гнешем, предстоит отправиться на "восьмой день" - так здесь назывался аналог воскресной службы.

А вот её рабам завтра идти никуда не надо. Нет, может Рудий, желая пожизненно оставаться её рабом, не так уж и не прав?

- Но это он открутился от утренних занятий, - кивнула Вика на брата, - А тебе спасения не будет, - пообещала она Нюре.

Несмотря на то, что просидели они за разговорами до полуночи, прибегать к помощи подзатыльников, чтобы разбудить Гнеша, не пришлось. А рабы, так и вовсе встали задолго до неё, и Рудий уже натаскал воды, чтобы ей принять с утра ванну, раз душ ещё пока не сделан.

- Сколько это всё стоит?!

Изумление Желы ей было понятно, как дважды два. Вчера, а вернее, сегодня ночью, отправляясь спать, Вика выложила в кухонный шкаф всё, кроме вина, из нахомяченного ею в "Синем ките" и наложила заклинание Сохранение.

Жела, проработавшая в общепите, с самого детского возраста, почти двадцать лет, прекрасно понимала ценность выложенных продуктов.

- Ты считаешь, что для твоей хозяйки подобные продукты не по статусу? - иронично поддела Вика рабыню, увидев, что та, при приготовлении завтрака использовала только прежний набор продуктов, - Или ты уже Рудия разлюбила? Тебе что, икорки для своего любимого мужа и дочери жалко? Давай-ка нам бутербродики настрогай, с икоркой-то, - она перешла на серьёзный тон, - Пока я тут за ширмой принимаю ванну, ты отнеси своим сначала.

Нечего им голодными ждать, пока я наплещусь.