Ведьмак школы Кота

Печать префект хранил в кошеле на поясе, явно никому не доверяя.

- Ну, вот, - префект кивнул, протягивая документ ведьмаку Иво, - теперь выйдешь, пойдешь налево и там найдешь целого специального чиновника Эрвилла, что введет тебя в курс дела. Что за имя такое странное… Иво?

- Не знаю, - ведьмак пожал плечами, - мне его дали, не спросив, и я ношу его, не возмущаясь. Привык. Спасибо за вино и разговор, господин префект, а теперь я на самом деле пойду приниматься за работу, о которой просил.

Префект остановил его у портьеры, когда ведьмак уже взялся за плотно-пыльную ткань.

- Ты убиваешь только из-за денег, ведьмак? Или еще из-за чего-то?

Ведьмак повернулся, помолчал.

- Я защищаю людей от чудовищ, господин префект.

Огюстен окинул его цепким и еще ни разу не замеченным взглядом. И ведьмак совершенно точно знал, куда тот смотрит. На его прижатые и чуть острые уши, не прикрытые волосами и на глаза. И дело было не в зрачках, дело было в разрезе.

- И людей, и нелюдей?

Ведьмак снова помедлил, прежде, чем ответить:

- Мне все равно.

Ведьмачий конёк спокойно хрустел овсом в торбе, подвешенной одним из черно-серо-кожаных. Он поблагодарил и собрался искать чиновника Эрвилла, судя по имени - из бывших назаирских.

День поворачивал за середину, но ведьмак вполне рассчитывал собственное время. Осмотреть жертвы, попытаться понять – кто же их убил, было важно. Подумав, задержался и решил расспросить рубак.

- Были там.

- Кровища.

- И кишки, и говном воняет.

- Как лиса в курятнике побывала, когда от крови дуреет, - закончил, видимо, старший. – Так что, господин хороший, видно, придется тебе мечом поработать. А если ты Эрвилла ищешь, так вон, прямо и налево. Труподерни тут еще нет, господин префект распорядился склад выделить. Как почуешь рыбу, так иди по запаху, не ошибешься. А коняшка пусть отдохнет, неча её с собой таскать попусту.

Тот кивнул, теперь разглядев их внимательнее. У единственного светловолосого сабельный шрам убегал со лба вниз, прячась у подбородка. Сосед не прятал кривого, от удара сверху на скорости, едва не стесавшего ему макушку и оставившего кривую лысину. Все четверо не снимали потрепанных перчаток, вытертых поводьями, а ноги почти не отличались от ног префекта.

Кавалеристы, отставные служаки, взятые на службу командиром.