Ведьмак школы Кота

Мы дотащили её до хижины, она выхаживала её, как могла, но не спасла. Магда умерла от горячки, сгорела в три дня.

Женщина смахнула слезу, упрямо сжала рот, стянув губы в нитку.

- Я помогала. Ходила за водой, кипятила, стирала от крови тряпки, делала нужные взвары, как говорила Гойле. Иди только по этой тропе, не снимай оберега, не сворачивай в сторону, держись черепов…

- Черепов?

Оле кивнула.

- Тын возле дома, шесты вдоль тропки к ручью, все в черепах, все смотрели в лес, вечером Гойле раскладывала в них странные травы, горевшие зеленым до самого утра.

Она показала и в последний вечер раскладывала уже я, Магде тогда стало совсем плохо.

- Когда ты увидела ведьму?

Оле поежилась, так испуганно, что её давний страх коснулся обоих мужчин и Дольф больше не ухмылялся.

- В первый вечер. Когда не послушалась Гойле и вышла за тын не на тропинку.

Она не видела глаз. Она не видела ничего. Оле ползла назад, к проходу между невысоким частоколом, ползла спиной назад, впивалась пальцами в землю, толкала себя что было сил, но почти не двигалась.

И смотрела только перед собой, только на мерно двигавшуюся темную ткань, на мелькающее белое и тонкое, идущее к ней.

Оле не помнила, как все началось. Она, не видя ничего, вышла наружу. Там, в низенькой, с земляной крышей, избушке-норушке, не уставая стонала и плакала Магда. Магда, с закатившимися глазами, с губами, искусанными от боли в кровь, с синими лунками ногтей, обломанными и все равно намертво вцепляющимися в деревянные нары.

Оле вышла, чтобы не окунуться в этот кошмар еще раз, сбежала, струсив и дышала холодным ночным воздухом, уже накрывающим предгорья. А потом в лесу, едва уловимо и бесшумно, что-то шевельнулось, дрогнули ветви и на нее накатил ужас. Сжал горло ледяной хваткой, не выпуская наружу вопля, сдавил, казалось даже грудь и Оле упала.

Темное, высокое, расплываясь в такт переливающейся черной ткани, кутающей с головы до ног, шло к ней. Молча, медленно, едва уловимо шелестя шагами, шло и шло.

А Оле ползла назад, заливаясь потом и почти не двигаясь.

Когда её потащило назад, треща рвущимся платьем, темное недовольно качнулось и вдруг разом стало ближе. Из-за спины накатило теплом, чуть обожгло щеку как угольком, потянуло паленой кожей и, полукругом, вокруг неё рассыпалась тлеющая зелень, перемигивающаяся звездами-вспышками.

Темное остановилось, застыло, почему-то продолжая шевелиться черными складками, кутающими существо.