Ведьмак школы Кота

Ведьма, все такая же неподвижная, стояла, опутанная сияющей паутиной.

- Замерли все! – Шеала, фыркнув, уставилась на ведьмака. – Ты в первую очередь.

- Зачем? – получилось спросить у Джилл.

- Дура! – бросила та. – Тебя вывели туда, куда мне не удавалось попасть уже очень давно. И на существо, что не могла поймать. Я отпущу вас, когда сделаю все нужное и заберу отсюда все необходимое. И только попробуйте мне помешать.

Ведьмак, все также поскрипывая, старался сделать именно это. Шеала мотнула головой, стряхивая пот, потянувшийся со лба на лицо.

- Спасибо, ученица, если бы не ты, то…

Джилл, стараясь не шевелить руками, вспоминала, то самое заклятье, убившее насекомых. Смотрела на потолок, так и шевелящий вьюнком из-за бегавших под ним потревоженных многоножек, огромных акрид и немалых пауков, смотрела и вспоминала.

Ведьмак, уже начавший краснеть, пытался шевельнуться. Ворон, спеленатый гудящей белой паутиной, потрескивающей от разрядов магии Шеалы, замер столбом.

И тут Джилл вспомнила. И произнесла, негромко, не шевельнув пальцами, но вложив все желание и силы.

Шеала взвыла, когда прямо на её аккуратно уложенные волосы осыпалось потолочное шевелящееся братство. Все же отсутствие рук в магии сказалось, насекомые не умерли, лишь ненадолго перестали работать лапками. Этого хватило.

Паутина, треснув, разлетелась в клочья. Ворон, хрипло выдохнув, поднял руку, но… Но ведьмак оказался быстрее.

Прыжок, удар по поднятой руке, уход в сторону, удар поперек груди и, довершающий, из-за спины, вложив собственный вес – по шее.

Голова отлетела вместе с капюшоном, так и не скинутым. Отлетела, стукнув совсем как кочан капусты. Джилл, глядя на лениво, почему-то очень лениво потекшую кровь, икнула и её вырвало.

Де Танкарвилль, щелчками пальцев избавляющаяся от длинных темных лапок, жвал и хитина в прическе, побелела. Потом покраснела, потом нахмурилась и, на краткий миг, воздух вокруг запел от напряжения.

Ведьмак, боком уходящий в сторону, складывал пальцы в какой-то Знак, явно готовясь защищаться.

Чародейка, сдув прядь, выбившуюся на лицо, совершенно как обычная рыночная торговка, сплюнула, выругалась и опустила руки. И уставилась на Джилл, вытиравшую лицо, уставилась, как будто никогда не видела, уставилась, пристально рассматривая.

- Дура. Конченая истеричная тупоголовая дрянь. – заключила Шеала.