Ведьмак школы Кота

Но ошибаются все, а ошибка ведьмака стоит дорого, забирая жизнь.

Он кивнул и толкнул калитку в воротах, заходя внутрь. Та скрипнула и закрылась, оставив весь мир за спиной.

После того, как внутри не осталось людей, живых и мертвых, здесь оставили полыхать светильники. Бояться пожара не приходилось, высокие каменные стены сдержали бы любое пламя, а темнота внутри огромного дома, утонувшего в крови, пугала неимоверно.

Ведьмак понял это легко – по дорогим безделушкам, по серебряной посуде на инкрустированном столике, по всему прочему, что легко и незаметно растащили бы в такой ситуации.

Здесь все, даже безумно красивый и разноцветный стеклянный кувшин из Мурривеля, лежавший целым на роскошном ковре, осталось нетронутым. Боль, ужас и кровавую тьму, посетившие дом восточного торговца, боялись трогать.

И он не удивлялся.

Кровь, темная и засохшая, началась с внутреннего дворика, где обнаружили сторожа. Её оказалось много, но против увиденной внутри та казалась жалкой каплей.

Под крышей, тепло приютившей большую семью и несколько слуг, кровь просто била фонтанами, оседая на коврах, мебели, подушках, стенах в цветочной мозаике и полах, выложенных красивым узором из дощечек комнат и мраморе коридоров с большим залом.

Здесь обнаружили старую няньку. Ведьмак, рассматривая пятно, широким мазком прошедшееся по камню, старался найти что-то нужное, какую-то подсказку. Обошел кровь, притушил немилосердно чадящий светильник на масле и остановился, дав глазам привыкнуть.

Все факелы и лампы он гасил походя, те могли помешать в темноте, все больше спускающейся на город и проникающий внутрь.

Ему темнота не мешала, эликсир начал действовать во всю свою мощь и ведьмак видел не хуже настоящей кошки.

Стены, красующиеся какими-то неизвестными ему мотивами легенд, выложенных из слюды и разноцветного стекла, вот что его интересовало. Особенно задняя стена, вся в различных диковинах со всего света, неплохих картинах с пейзажами и даже с парочкой книжных шкафов, настолько невесомо-легких, что в них легко угадывалась эльфийская работа.

Шкафы не стояли пустыми, мертвый хозяин явно не чурался читать, а корешки книг и разновеликие манускрипты со свитками говорили о не менее разных интересах.

Купец Йаррех, обожавший дальние походы и порой поколачивать семью, хотел стать в Назаире, а значит и в Нильфгаарде, своим.