Призрак Демона

Незнакомые, в основном, с носатым профилем на одной стороне и башней на другой. Золотые, серебряные и бронзовые. Тьфу, медные, а не бронзовые, это же не медали. Понятно, дедуля где-то клад надыбал и теперь живёт, иногда продавая антиквариат.

Или нет, он уже не живёт. Живу я! И эти монетки – это не кража, а плата за моральный ущерб. Только вот, сомневаюсь я, что всё это добро утащу. Меня от пары книжек уже шатает, а тут металла килограмм пять. Хотя нет, меньше, это я со своими старыми ощущениями сравниваю.

Решил перетаскать всё к погребу.

Туда у меня есть ключ, можно будет весь антикварный клад там спрятать, а потом вернуться, когда до цивилизации доберусь. Возьму с собой один мешочек, мне на полжизни хватит, если продать нужным людям. Хотя, сундук я всё же вскрою, очень уж любопытно, что там, хотя не удивлюсь, что какое-то старое барахло, какое у моей бабушки в таком же сундуке хранилось.

Перекидал в коридор мешочки, потом вылез сам. Перетаскал всё к двери в подвал, спрятав их за деревянной панелью, и решил дообследовать дом, а то я только кухню и спальню видел, а коттеджик немаленький.

Глава 4

На первом этаже следующей от кухни комнатой оказалась ещё одна спальня. И, внезапно, не пустая. Кровать и спящая на ней девушка. Где-то лет двадцать-двадцать пять, хотя могу и ошибаться, света, попадающего через открытую дверь, было недостаточно, чтобы рассмотреть подробности лица.

Зато подробности тела я рассмотрел прекрасно. Выше теперешнего меня, длинные светлые волосы, заплетённые в косу, длиной не меньше чем до пояса, грудь не меньше четвёрки, длинные стройные ноги.

Ничего такая красотка, в прошлой жизни я бы с такой позажигал вечерок. Может даже два. Одета она была очень оригинально – на шее уже знакомый ошейник, какой был у парня, а на руках и ногах браслеты, от которых тянулись светящиеся линии к разным точкам тела. Значимым таким точкам, вроде сосков, паха… А от ошейника пара светящихся нитей шла к голове, и одна тянулась в район сердца.

И всё. Вот в таком виде она и спала, даже одеяла не было.

Светящийся ошейник – тоже рабыня, это я понял. А светящиеся браслетики на руках и ногах – это мода такая? Или, если сбежит, издалека было видно? Надо её разбудить и расспросить. Или не стоит? Вдруг, она влюблена в своего хозяина, сущность которого я отправил на встречу с неизвестностью?

Ладна, ладно, это я так неудачно шучу от нервов. Если бы она была тут по любви, да хотя бы к его деньгам, ошейник бы не понадобился.