Хохотун на Перекрёстке миров

Гигантский корабль, влекомый парусами, спускался к пустырю. Видевший только крейсер «Аврора» школьник впечатлился размерами судна настолько, что у него чуть не отвисла челюсть. Символ революции легко бы трижды уместился в этом воздухоплавающем исполине. Замедлившись у самой земли, корабль остановился у платформы с лестницей. По перекинутым мостикам с корабля начали сходить не менее причудливые создания, чем те, что собрались улететь из города.

– Вот на этой вот дуре я долечу куда надо, да? – Вася, осматривая корабль, потихоньку стал идти к лестнице.

– Именно так. Надеюсь, ты насладишься полётом, – Джон был явно доволен произведенным на школьника эффектом.

– А чем я за полёт расплачиваться буду? – Хохотун с некоторым расстройством вспомнил, что бесплатного в его родном мире ни бывало ничего. Смит обнадёжил Василия:

– Ничем. Это бесплатный рейс для работников города.

– Так я же не работник!

– А кто это знает наверняка? – Джон издал смешок: – Поторапливайся, а то придётся стоять весь полёт.

Хохотун, смешавшись с толпой, взошел на борт корабля и, немного потолкавшись, пробился к месту у правого борта. Рядом стояли остроухие, и Вася с трудом удержался от того, чтобы проверить, настоящие ли перед ним эльфы. Но большинство пассажиров были обычными людьми – насколько могут быть обычными людьми разных рас, культур и верований.

Были как вполне современно одетые, как те, кого Василий встретил на улицах города, так и носители разномастных балахонов и халатов.

Разнообразие же головных уборов просто поражало воображение. Особенно колоритно смотрелась изумрудно-зелёная тюбетейка на голом черепе. Сперва перепугавшись, Хохотун посмотрел на реакцию окружающих на двигающегося скелета, и несколько успокоился. Пассажирам было всё равно на нежить в своих рядах. Более того, скелет живо обсуждал что-то с одним из великанов, восполняя недостаток мимики яркой жестикуляцией.

Скрипнув всеми досками, корабль начал подниматься в воздух. Вася, насмотревшись на пассажиров, с восхищением смотрел на стремительно удаляющуюся землю и осматривал окрестности свысока.

Хоть на Перекрёстке не существовало горизонта, зрелище менее завораживающим от этого не становилось. Теперь был виден аккуратный изгиб внутренней поверхности колоссальной сферы, и огромные стены вокруг больше таковыми не казались.

Далеко внизу виднелись реки, леса и города. Исполинское море причудливо изгибалось вместе с поверхностью Перекрёстка.